Рассматриваются вопросы изучения и использования русской речи в современном вузе по следующим направлениям

Главная страница
Контакты

    Главная страница



Рассматриваются вопросы изучения и использования русской речи в современном вузе по следующим направлениям



страница3/12
Дата08.01.2017
Размер2.52 Mb.


1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   12

О принципах составления

тезауруса терминов морфемики
М.С.Зайчёнкова

Орловский государственный университет

Россия, г. Орел
I. Понятийный и терминологический аппарат морфемики формировался со времен античности.

Древнеиндийские филологи, разлагая слово на первичные элементы, уже выделяли окончание и основу слова, или корень, а корни подразделяли на три разряда: 1) простые, или первичные корни, 2) корни, выступающие в качестве образующих элементов, и 3) производные корни, включающие в себя определенные суффиксы [Звегинцев 1964: 9-10; Хроленко, 2004: 13].

Древнеиндийские грамматисты обратили внимание на флексию, ввели понятие нулевой морфемы [Кондрашов 1979: 9].

Арабы в процессе разработки теории аффиксации в слове и внутренней флексии в корне ввели понятиу трехсогласного корня для семитских языков, что оказало большое влияние на грамматическую теорию европейских ученых ХVIII и ХIХ веков [Панов 1973: 47].

Несмотря на значительный объем знаний о морфемном строении слова в период классической филологии и тем более сравнительно-исторического языкознания ХIХ века, оформление морфемики как самостоятельной и вполне самодостаточной области лингвистического знания в отечественной науке происходит лишь в 70-80-е годы ХХ века: к этому времени, благодаря трудам Н.М. Шанского, В.В. Лопатина, Е.А. Земской, А.Н. Тихонова, М.А. Скорняковой и др., обозначилась проблематика морфемики, пограничная со словообразованием, но в достаточной степени автономная; оформилась терминосистема морфемики и состоялось отграничение морфемики от словообразования, в составе которого морфемика функционировала в 50-60-е годы ХХ века.

Сопоставление трех академических грамматик: Грамматики русского языка [1953], Грамматики русского литературного языка [1970], Русской грамматики [1980] – и ряда учебников убеждает в справедливости данного наблюдения.

В Грамматике-53 нет еще ни раздела «Словообразование», ни тем более раздела «Морфемика», словообразование рассредоточено в «Морфологии» по частям речи.

В вузовских учебниках 50-60-х и даже 80-х годов единый раздел «Состав слова и словообразование» выделялся в морфологии и открывал этот раздел: см., например: Белошапкова и др. [1989: 237-320].

В «Грамматике-70» и «Грамматике-80» есть оба раздела: и «Словообразование», и «Морфемика». Раздел «Морфемика» есть также в «Краткой русской грамматике» под ред. Н.Ю. Шведовой и в вузовском учебнике «Современный русский литературный язык» под ред. П.А. Леканта. В данных источниках дано определение морфемики, обозначен объект изучения данного раздела, сформулированы базовые проблемы морфемики, к числу которых относятся: морфемная структура русского слова, определение морфемы и принципы ее выделения в слове по функции и способу обозначения, вариантность морфем, чередование морфем и изменения в морфемном составе слова и основы слова.

Изменение статуса морфемики обусловило необходимость составления тезауруса терминов морфемики в ее синхронном состоянии.

II. При создании словаря-справочника «Тезаурус терминов морфемики» [Зайчёнкова, Баранова, 2011] привлекались следующие источники: академические грамматики, терминологические словари и справочники лингвистических терминов, тексты языковедческих работ известных специалистов в области морфемики и словообразования, вузовские учебники и пособия по русскому языку и общему языкознанию, содержащие главы и разделы, посвященные проблемам морфемики, в том числе учебники для студентов высших учебных заведений, обучающихся по специальности «Филология», и учебники для студентов высших учебных заведений, обучающихся по специальности «Педагогика и методика начального образования» (см. список литературы).

Обращение к такому кругу источников продиктовано


презентабельностью использованных изданий, а также необходимостью показать разноаспектную интерпретацию терминов морфемики, их далеко не одинаковую употребительность в научной, справочной и учебной литературе. Это дает возможность проследить, какие толкования термины получили в научных трудах известных лингвистов, как отразились в справочной литературе, как авторы современных учебников используют термины в разделе «Морфемика».

III. В словаре представлен массив терминов в количестве


232 единиц, который соответствует современному состоянию науки о морфемной структуре слова и тех изменениях, которые могут произойти в морфемной структуре слова.

В словаре зафиксированы однословные, двусловные и многословные термины.

Основу предлагаемого словаря составляют однословные термины, так как они являются ядром терминосистемы морфемики в синхронном аспекте. Именно они представляют собой наиболее употребительную часть морфемной терминологии, которая зафиксирована в справочной литературе, академических изданиях, в учебной литературе, в научных трудах в области морфемики.

Кроме однословных терминов в словаре зафиксированы двусловные термины, которые либо являются параллельными названиями того, что названо уже однословным термином, либо носят уточнительно-квалифицирующий характер, позволяющий дифференцировать морфемы не только по их месту в слове, но и по функции, звуковому составу, морфологическим преобразованиям, степени связанности в составе слова или основы слова, продуктивности – непродуктивности, регулярности –нерегулярности, простоте – сложности и т.п.

При выборе одного из двух равноправных терминов как основной указывался тот, который наиболее распространен в лексикографических источниках, академических изданиях, в научной и учебной литературе.

При отборе терминов учитывалось и то, что один и тот же термин может быть представлен в источниках несколькими вариантами, которые употребляются как синонимы, например, корень, корневая морфема, корневой морф.

IV. Словарная статья в предлагаемом словаре содержит:

1) название термина, которое выделено особым (жирным) шрифтом и напечатано заглавными буквами

2) извлечения из указанных источников, в которых представлена следующая информация:


    • дефиниция термина, в которой отражено денотативное содержание;

    • описательная характеристика термина через набор дифференциальных признаков или один существенный признак;

    • указание на возможность использования термина.

Описательная часть словарной статьи получилась неравноценной и по содержанию и по объему, что объясняется следующими причинами:

      1. Есть термины, зафиксированные во всех обследованных источниках (например, аффикс, морфема, корень и др.), и
        есть термины, зафиксированные лишь в некоторых или в одном из обследованных источников (например, агглютинация, аффиксы двойные, валентность морфем и др.).

      2. Одни источники дают развернутую многоаспектную характеристику термина, включающую и дефиницию термина, и/или его признаки, и/или его употребительность, другие ограничиваются кратким определением термина. Например, в Грамматике-80 приведена дефиниция термина варианты морфемы – «морфы, всегда заменяющие друг друга в окружении одних и тех же морфов», а А.Н. Тихонов дает не только дефиницию термина морфема, но и указывает особенности этого термина — «морфы одной морфемы, выступающие в качестве её вариантов, обладают характерными для них особенностями: 1) тождественны по значению; 2) тождественны по позициям; 3) способны во всех позициях заменять друг друга».

Поэтому пользователю справочным словарем предлагается сопоставить описание термина в различных источниках, чтобы получить о нем многоаспектное представление.

В словарной статье приводятся ссылки на источник употребления термина не в виде сокращенного или условного обозначения, а указываются его полные выходные данные, что позволяет пользователю словарем видеть источник, не обращаясь к списку литературы, приведенному в конце статьи.

V. Терминологический словарь адресован в первую очередь студентам-бакалаврам и студентам-магистрам, осваивающим программный материал по дисциплинам лингвистического цикла, а также изучающим курсы по выбору и факультативы, посвященные рассмотрению проблем морфемики и словообразования.

Пользователями словаря могут быть не только студенты, но и аспиранты-филологи. При подготовке кандидатского экзамена по специальности и написании кандидатской диссертации всегда составляется терминологический минимум. Это требует больших временных затрат и проработки значительного массива литературы. Данная работа может быть более компактной и одновременно целенаправленной при обращении к таким специализированным справочным изданиям, каким является предлагаемый «Тезаурус терминов по морфемике».

Пользователями предлагаемого справочного издания могут быть и вузовские преподаватели, разрабатывающие цикл лекций по морфемике не только в курсе «Современный русский язык», но и «Введение в языкознание» и «Общее языкознание». Словарь-справочник поможет вузовским преподавателям отобрать круг терминов по морфемике, необходимых в изучаемой лингвистической дисциплине, осмыслить их понятийное содержание и показать студентам неединообразие трактовок одного и того же термина, вариантность термина, его функциональное назначение.

Данный словарь может также использоваться преподавателями русского языка и учащимися общеобразовательных школ, которые найдут в словаре размышления ведущих ученых о морфемном строении слова, информацию о времени появления некоторых терминов и их создателях, иллюстративный материал, который можно использовать на уроках или при чтении элективных курсов.

VI. Предлагаемый вниманию пользователей терминологический тезаурус рассчитан не столько на автоматические использование словарных статей в качестве иллюстраций или простое цитирование в тексте лекции, статьи, диссертации, сколько на аналитическую работу с описательной частью словарных статей.

Действительно, в процессе разработки курса лекций или рассмотрения конкретной научной проблемы важно очертить круг проблем, входящих в зону обязательного освещения и/или интерпретации; отобрать терминологию, необходимую для адекватной интерпретации избранного круга проблем; сориентироваться в дискуссионных моментах и отделить устоявшееся от проблемного, не заявленного еще как предмет рассмотрения, но уже актуального. Подвести к осознанию всего этого поможет вдумчивая работа со словарем-справочником, так как в словарных статьях представлен и разброс мнений в толковании языковых фактов, и круг лингвистов, активно употребляющих данные терминообозначения, и достаточный перечень презентабельных изданий, в которых зафиксированы отобранные методом сплошной выборки базовые термины морфемики.


Литература

  1. Амирова Т.А., Ольховиков В.А., Рождественский Ю.В. История языкознания: учебное пособие для студентов высших учебных заведений. – М; 2008. 672 с.

  2. Ахманова О.С. Словарь лингвистических терминов / О.С. Ахманова. – М.: Издательство «Советская энциклопедия», 1966. 607 с.

  3. Бодуэн де Куртенэ И.А. Заметка об изменяемости основ склонения, в особенности же об их сокращении в пользу окончаний // Бодуэн де Куртенэ И.А. Избранные труды по общему языкознанию. Т. II. - М., 1963, с. 19)

  4. Богородицкий В.А. Общий курс русской грамматики М.-Л.,1935.

  5. Винокур Г.О. Заметки по русскому словообразованию / Избранные работы по русскому языку / Г.О. Винокур. – М., 1959.

  6. Головин Б.Н. Введение в языкознание / Б.Н. Головин. – М., 1966.

  7. Грамматика современного русского литературного языка / отв. ред. Н.Ю. Шведова. – М.: Издательство «Наука», 1970. 767 с.

  8. Грамматика русского языка. Т. 1. Фонетика и морфология / под ред. В.В. Виноградова. – М.: Издательство Академии Наук СССР, 1953. 720 с.

  9. Докулил М. Словообразование в чешском языке. Т. 1. Теория словопроизводства. – Прага, 1962.

  10. Зайчёнкова М.С., Баранова Н.А. Тезаурус терминов морфемики. Словарь-справочник. – Орел, 2011. 97 с.

  11. Звегинцев В.А. История языкознания XIX-XX веков в очерках и извлечениях. Ч. I. – М., 1964.

  12. Земская Е.А. Как делаются слова. Научно- популярная серия. - М.: Изд. АН СССР., 1963г. 94 с.

  13. Земская Е.А. Современный русский язык. Словообразование: учеб. пособие / Е.А. Земская. – 2-е изд., испр. и доп. – М.: Флинта: Наука, 2005. 328 с.

  14. Касаткин Л.Л., Клобуков П.А., Лекант П.А. Краткий справочник по современному русскому языку / Л.Л. Касаткин, Е.В. Клобуков, П.А. Лекант / под ред. П.А. Леканта. – М.: Высшая школа, 1991. 383 с.

  15. Кодухов В.И. Общее языкознание. – М; 1974. 303 с.

  16. Кондрашов Н.А. История лингвистических учений. – М; 1979. 224 с.

  17. Кубрякова Е.С. Что такое словообразование / Е.С. Кубрякова. – М.: Издательство «Наука», 1965. 78 с.

  18. Лопатин В.В. Рождение слова. Неологизмы и окказиональные образования / В.В. Лопатин. – М.: Издательство «Наука», 1973. 152 с.

  19. Лопатин В.В. Русская словообразовательная морфемика. Проблемы и принципы описания / В.В. Лопатин. – М.: наука, 1977. 316 с.

  20. Марузо Ж. Словарь лингвистических терминов: Пер. с фр. /Предисл. В.А. Звегинцева. Изд. 2-е, испр. М., 2004. 435 с.

  21. Немченко В.Н. Современный русский язык. Словообразование: Учеб. пособие для филол. спец. ун-тов. – М.: Высш. шк., 1984. 255 с.

  22. Немченко В.Н. Основные понятия словообразования в терминах. Краткий словарь-справочник / В.Н. Немченко. – Красноярск: Издательство Красноярского университета, 1985. 204 с.

  23. Панов Д.А. Общее языкознание. – Пермь, 1973. 297 с.

  24. Потиха З.А. Современное русское словообразование. Пособие для учителя / З.А. Потиха. – М.: Просвещение, 1970. 384 с.

  25. Современный русский язык: Учебник / Белошапкова В.А., Земская Е.А., Милославский И.Г., Панов М.В. / под ред. В.А. Белошапковой.М.: Высш. школа, 1981. 560 с.

  26. Столярова Л.П., Пристайко Т.С., Попко Л.П. Бзовый словарь лингвистических терминов / Л.П. Столярова, Т.С. Пристайко, Л.П. Попко. – Киев: Издательство Государственной академии руководящих кадров культуры и искусств, 2003. 192 с.

  27. Русская грамматика. Т. 1. – М.: Издательство «Наука», 1980. 783 с.

  28. Русская грамматика / Белоусов В.Н., Ковтунова И.И., Кручинина И.Н. и др. / отв. ред. Шведова Н.Ю. и Лопатина В.В. 2-е изд., испр. – М.: Русский язык, 1990. 639 с.

  29. Русский язык: Учеб. для студ. высш. пед. учеб. заведений / Л.Л. Касаткин, Е.В. Клобуков, Л.П. Крысин и др. / под ред. Л.Л. Касаткина. – М.: Издательский центр «Академия», 2001. 768 с.

  30. Современный русский литературный язык: Учебник / П.А. Лекант, Н.Г. Гольцова, В.П. Жуков и др. /под ред. П.А. Леканта. – 4-изд. стер. – М.: Высш. шк., 1999. 462 с.

  31. Тихонов А.Н. Словообразовательный словарь русского языка: в 2-х т. Т. 1. Словообразовательные гнезда. А - П / А.Н. Тихонов. – М.: Русский язык, 1990. 856 с.

  32. Тихонов А.Н. Современный русский язык. (Морфемика. Словообразование. Морфология) / А.Н. Тихонов. – М.: Цитадель-трейд, 2002. 464 с.

  33. Улуханов И.С. Словообразовательная семантика в русском языке и принципы её описания / И.С. Улуханов. – М.: Наука, 1977. 256 с.

  34. Хроленко А.Т., Бондалетов В.Д. Теория языка. Учебное пособие. – М; 2004. 512 с.

  35. Шанский Н.М. Очерки по русскому словообразованию / Н.М. Шанский. – М.: Издательство Московского университета, 1968. 312 с.


Маргарита Сергеевна Зайченкова, д-р филол. наук, профессор
К ВОПРОСУ О ГЕНДИАДИСНЫХ ОБРАЗОВАНИЯХ, ПРИНАДЛЕЖАЩИХ К ИМЕНАМ СУЩЕСТВИТЕЛЬНЫМ
Н.Н.Зайцева

Орловский государственный институт

экономики и торговли

Россия, Орел


Данная статья посвящена проблеме окказионального словообразования, в частности, одному из его способов – гендиадису. Автор рассматривает существительные, созданные посредством гендиадиса, выполняющие синтаксическую функцию приложения.

This article is devoted to the problem of peripheral occasional word formation and one of its methods – gendiadis. Author analyses nouns made by gendiadis. This nouns perform the syntactical function in sentence.
Гендиадис, или рифмованное сложение, - это один из способов окказионального словообразования, участвующий в создании сложных слов с рифмующимися компонентами. Вопрос о принадлежности гендиадисных образований к тем или иным частям речи практически не привлекал внимание исследователей. Лишь в немногих работах можно найти фрагментарные данные по этому аспекту. Интересно отметить такую особенность рифмованных образований: большая их часть – это имена существительные, крайне нечасто встречаются наречия и прилагательные, достаточно редки случаи создания глаголов и совсем уникальны случаи, когда рифмоповтор сопровождал бы числительные и местоимения. Но это вовсе не обозначает, что их не может быть в принципе, поскольку живая разговорная речь позволяет конструировать подобные образования.

Как отмечают многие исследователи, в современном русском литературном языке существует не очень много слов, созданных при помощи рифмованного сложения. Так, Большой толковый словарь отмечает следующие слова, попутно сопровождая их различными грамматическими характеристиками: шурум-бурум – существительное со склоняемым вторым компонентом; трали-вали – междометие; обе части фигли-мигли склоняются как существительное pluralia tantum, а существительное множественного числа тары-бары-растабары не склоняется. Однако в живой разговорной речи и произведениях художественной литературы всё чаще отмечаются подобные образования, что позволяет свидетельствовать об активизации гендиадиса как способа словообразования.

Имя существительное занимает важнейшее место в составе морфологических ресурсов современного русского языка. Это обусловлено следующими причинами: во-первых, имя существительное количественно преобладает над другими частями речи; во-вторых, семантические свойства имени существительного, заключающиеся в предметных значениях, обуславливают то, что без них невозможно выражение мысли, которое является обязательным условием любой речевой деятельности.

Имена существительные, созданные посредством гендиадиса, могут выступать в самых различных синтаксических функциях (как и обычные существительные). Чаще, конечно, это подлежащее (Ах, словесные тонкие-звонкие фокусы-покусы! Заклюю, забрыкаю, за локоть себя укушу! (Саша Черный); а также дополнение (Будьте краткими, не удлиняйте непомерно фразу… ненужными и натужными рифмами-шнифмами (К. Мелихан). Однако каких-либо ограничений в выполнении именем существительным той или иной синтаксической нагрузки нет.

На наш взгляд, представляются очень интересными имена существительные, образованные при помощи гендиадиса и выступающие в функции несогласованного приложения. Нами были отмечены примеры подобных гендиадисов-существительных, которые, в принципе, можно сгруппировать в отдельные рубрики. Например, «Названия продовольственных товаров». Причем, как показывают наблюдения, данная тенденция оказывается очень продуктивной, так как товаропроизводители довольно часто прибегают к рифмоповторам для именования своей продукции, возможно, это своеобразный подход к формированию имиджа, а возможно, это выступает действенным средством для привлечения покупателя.

Например, названия кондитерских изделий: конфеты «Тутти-фрутти» (при этом необходимо отметить: подобное наименование является заимствованием из итальянского языка, что позволяет говорить о гендиадисе как языковом интернациональном явлении), «Карабас-Барабас» (в данном наименовании в качестве производящего слова было использовано имя литературного персонажа из сказки А.Толстого), «Хубба-буба», «Сливки-ленивки»; жевательное суфле «Сласти-мордасти» (в названии явно прослеживается связь с известным гендиадисным образованием страсти-мордасти, точнее с его отзвуком, хотя с точки зрения лексического значения точек соприкосновения у этих единиц нет); готовый завтрак «Вкусти-хрусти» (здесь чувствуется связь с глагольными образованиями, особенно отчётливо это видно на примере второго компонента гендиадисного образования, представляющего собой форму повелительного наклонения единственного числа от глагола «хрустеть»); название бутерброда «Хрюндель-пундель»; жевательная резинка «Чибики-бибики».

Зафиксировано одно несогласованное гендиадисное приложение для названия мелованного картона - «Каляка-маляка».

Также в качестве несогласованных приложений выступают гендиадисные образования, формирующие еще одну рубрику, - «Названия художественных фильмов (мультфильмов)» (причем, название кинокартины (мультфильма) представляет собой либо «чистый» гендиадис, либо рифмоповтор встречается в названии кинофильма (мультфильма). Например: «Ширли-мырли» (реж. В. Меньшов, Россия, 1995г.), «Любовь-морковь» («Любовь-морковь-2» (реж. А. Стриженов, Россия, 2007, 2008г.), «Придут страсти-мордасти» (реж. Э. Ясан, Россия, 1981г.); «Трам-тарарам, или бухты-барахты» (реж Э. Уразбаев, Россия, 1993г.), «Трень-брень» (реж. Р. Василевский, Украина, 1993г.); «Фокус-покус» (реж. Кенни Ортега, США, 1993г.); «Операция «Эники-беники» (реж. Ю. Рогозин, Россия, 2004г.); мультфильмы «Вунш-пунш» (реж Ф. Амадор, Канада, Франция, 2000г), «Кряк-бряк» реж. К. Андерсон, Т. Шелтон, США, 1996-1997гг).

В рубрике «Названия торговых предприятий (или предприятий сферы обслуживания населения)» представлены следующие названия: «Ёлки-палки» (название строительной базы), «Паркет-маркет» (название магазина, продающего напольные покрытия в городе Орле), сеть магазинов «Чудо-юдо» (всё для детского творчества), салон-парикмахерская «Миг-сриг» (г. Екатеринбург); сауна «Ширли-мырли» (г. Томск); свадебное агентство «Любовь-морковь» (г. Орёл).

Ещё одна рубрика – «Названия музыкальных коллективов (групп)». Здесь представлена украинская группа с названием «Шао-бао», немецкий ансамбль «Мили-ванили», российские коллективы - «Чуфелла Марзуфелла», «Хай-фай»;



«Названия телевизионных передач» - «Лучки-пучки» (передача, посвящённая растениеводству на телеканале «Усадьба»); «Кризис-Шмизис» (передача на канале Муз-ТВ);

«Названия периодических изданий» - «Шуры-муры» (название развлекательной газеты);

«Названия литературных произведений» - Юнна Мориц «Тумбер-Бумбер» (сборник стихотворений).

Таким образом, гендиадис как способ словообразования стимулирует появление большого количества инноваций, что связано с отношением к языку как процессу творческому. Конечно, гендиадис, являясь в первую очередь словообразовательным процессом, относится ещё и к стилистическому явлению, поскольку наименования, созданные при помощи рифмованного сложения, стилистически наполнены, стилистически выразительны, чего невозможно абсолютно точно сказать по отношению к другим способам словообразования.


Литература.

1. Гугунава, Д.В. В чём, наконец, существо русского гендиадиса? [Электронный ресурс] / Д.В. Гугунава. - Режим доступа: http:proza.ru/2002/12/18-48.

2. Гугунава, Д.В. Гендиадис-«шмендиадис» (О повторах-отзвучиях) [Текст] / Д.В. Гугунава. // Русская речь.- 2003.- №5.- с.46-49.

3. Изотов, В.П. Параметры описания системы способов словообразования (на материале окказиональной лексики русского языка): Автореф. дисс. … д-ра филол. наук [Текст] / В.П. Изотов. – Орёл. - 1998. – 36с.


Наталья Николаевна Зайцева, ст. преподаватель

Орел, тел. 8-910-208-35-89

СЛОЖНЫЕ НОВООБРАЗОВАНИЯ-СУЩЕСТВИТЕЛЬНЫЕ В ИДИОЛЕКТЕ АНДРЕЯ БЕЛОГО
С.В. Кошелева

ФГБОУ ВПО «Госуниверситет – УНПК»

Россия, г. Орел

Статья посвящена окказиональным и потенциальным именам существительным, образованным путём сложения и сложения с суффиксацией, выделенным методом сплошной выборки в прозе Андрея Белого.

The article is devoted to the occasional and potential nouns formed by the  composition and the composition with suffixes, chosen by the method of a continuous sample in Andrey Bely's prose.
По мнению М.А. Бакиной, «основной причиной обращения современных поэтов к словотворчеству является стремление к максимальному использованию выразительных возможностей слова, стремление к новизне выражения, к свежему, непривычному, неожиданному словесному образу» (Бакина, 1977 : 79). Желание показать богатство и разнообразие языка, а также его словообразовательные возможности побуждает Андрея Белого как истинного художника слова к разным экспериментам в области словотворчества.

Обращаясь к новым, неожиданным по своей форме и звучанию словам, автор стремится максимально наполнить их смыслом, наделить их определенной стилистической функцией, выразить с их помощью какую-то идею произведения, независимо от того, проза это или поэзия.

Значительное количество имён существительных в индивидуальном языке Андрея Белого создано путём сложения.

Чистое сложение характеризуется наличием интерфикса (который может быть и нулевым), единым ударением, соединительным значением (Н.Д. Арутюнова, 1961 : 141; Д.И. Алексеев, 1979 : 23). В индивидуальном языке Андрея Белого подобных новообразований только четыре единицы. По семантическому соотношению мотивирующих основ существи­тельные, созданные чистым сложением, составляют два подтипа: с сочинитель­ным и подчинительным соотношением основ. К первому подтипу относим одно новообразование волкопёс - волк, пёс ("Там бегал дворняк: волкопёс"), где оба компонента – равноправные основы. Ко второму подтипу мы относим три но­вообразования: светоножка – свет, ножка ("На золотом этом рое пробежала какая-то светоножка"); мордотрещина – морда, трещина ("И глаз закатил мордотрещину сыну»). Светоножка – это, возможно, луч солнца. Данное новообра­зование очень напоминает существительное сороконожка (насекомое). Кон­текст, в котором употреблено выражение «пробежала какая-то светоножка», по­зволяет предположить на основе ассоциативной связи, что окказионализм све­тоножка – это возможный результат трансрадиксации. Происходит замена первого корня сорок- на новый корень свет-. Последнее в этом ряду новообра­зование мордотрещина соотносится со словосочетанием затрещина в морду, имеющим сниженную стилистическую окраску. Общее количество сложных существительных – 3 единицы.

Наибольшее количество существительных в идиолекте А.Белого образовано посредством сложения с суффиксацией. Это смешанный (комбинированный) способ словообразования на базе двух основ и присоединяемого суффикса. Наиболее частотным оказалось сложение с нулевой суффиксацией, где в качестве первого компонента может выступать существительное (листочёс), прилагательное (краснокап), глагол (вертохват). Второй компонент – это глагольная основа. Такие существительные мужского рода I скл. называют предмет, характеризующийся действием, названным опорной основой и конкретизированным в первой основе сложения или же действие, названное основой глагола и конкретизированное в первой основе. Подобных слов много в языке Андрея Белого (в частности, в его прозаических произведениях), как и в общем языке: миголёт – миг, летать («Всё – миголёт, мимопад»); глазопял – пялить, глаза («Глазопялы – за всем, отовсюду следили: из окон, дверей, подворотен»); пустоброд – пустой, бродить («Профессор ходил пустобродом от Киерко к Мите»); словотряс – слово, трясти («Жил словотрясом катангенсов»), ледоскат – лёд, скатиться («А из ворот, где дымок прожелтился, стекает сплошной ледоскат»); людогрыз – люди, грызть («Везде людогрыз!»); людовод, листочёс, горбосвёрт и другие (всего 22 ед.). Все сложные новообразования содержат ярко выраженный коннотативный компонент, что объясняется неожиданным, смелым соединением воедино двух слов. Многие из этих слов представляют собой метафору. Все сложные окказионализмы отличаются ёмкостью семантики, поскольку значение одного слова соединяется со значением другого, образуя оригинальное единство. Например, людогрыз (люди + грызть) – это склоки, «грызня» между людьми. Пустоброд – человек, который бродит без цели. Ледоскат – ледяная гора. Миголёт мгновение.

Три сложных новообразования с нулевым суффиксом, отмеченные в индивидуальном языке, в качестве опорного компонента имеют имя существительное, а первый компонент – глагол: вертоветр вертеть, ветр («Вертоветр поднимал вертопрахи»), прилагательное: мокрозём – мокрый, земля («Хлюпали ноги мохнаем; пошёл мокрозём») и существительное: руконог – рука, нога («В полосах желтоватых жнивья – полоса серовато прошла из частей войсковых руконогов»). Вертоветр – вихрь. Руконоги – солдаты, которые представляют собой серую, обезличенную, подневольную массу, единицы которой – руконоги – марионетки без головы на плечах.

Сложение с суффиксацией представлено также следующими словообразовательными типами:

1. Сложение с суффиксом -HJ-(е), называющие явление или состояние, характеризующееся наличием того, что названо в опорной основе и конкретизировано в первой основе сложения. Опорный компонент – существительное. В качестве первой основы могут выступать основы прилагательных: глупотелие – глупый, тело («И страдал глупотелием в годы магистерской жизни своей – до явления Василисы Сергеевны»); здоровообразие – здоровый, образ («Затяжная болезнь; но здоровообразием станет она»); основы числительных или компо­ненты полу-, много-, мало-: семихолмие – семь, холм («Москва – семихолмие!»); многозвездие многий, звезда («Когда светлорукий гигант разбросает под небо настои свои, чтоб ярчели ночным многозвездием»).

2. Сложение с суффиксом -ин (а)

Единственное новообразование, имеющее в качестве опорной – основу существительного, а в качестве первой – глагол, создано по окказиональному словообразовательному типу и не имеет аналогов в общем языке: вертоснежина («Лют-морозец обтрескивает все заборинки, все подворотенки, подкидывая вертоснежину»). Вертоснежина – это снегопад, метель, «вертящиеся на ветру снежинки».

3. Сложение с суффиксом -ин (а)



Новообразования снеголеплина, водороина («Уже обнаружились сохлины над водороиной, ещё сыревшей промоем дождя и пятном снеголеплин») имеют в качестве опорного компонента глагол, а первый компонент – имя существительное. В слове снеголеплина ( снег, лепить) во втором корне происходит чередование (п // пл), в слове водороина ( вода, рыть) во втором корне чередуются гласные (ы//о).

Ещё пять новообразований в качестве опорного компонента имеют глагол: искроигрие – искра, играть («Искроигрием ледени бросились в нос все предметы») – создано по продуктивному в общем языке типу со значением «действие, названное глагольной основой и конкретизированное в первой основе сложения», в качестве первой основы выступает существительное или прилагательное (к этому же словообразовательному типу отнесём окказионализм чернодумие – чёрный, думать («Стояло в окне чернодумие ночи»); густоросль («И она распустила пред зеркалом густоросль мягких каштановых прядей») – создано по непродуктивному в общем языке типу с суффиксом -ль; сукодрал («Тут пошёл – листочёс, сукодрал, древоломные скрипы») – создано по окказиональному типу, отсутствующему в узусе; серодранец («И машисто вошёл серодранец, с ним дёргал седой архалук») – словообразовательный тип существительных с суффиксом -ец (-нец), называющих предмет (лицо), производящий действие, названное основой глагола.



Итак, среди существительных, созданных посредством сложения с суффиксацией, преобладают новообразования с нулевым суффиксом (25 из 39). Сложно-суффиксальные новообразования созданы в соответствии со словообразовательными типами общего языка, за исключением двух новообразований (сукодрал и вертоснежина ), которые созданы по окказиональным типам, не описанным в общем языке.

Большинство сложных и сложносуффиксальных новообразований-существительных называют предметы и явления окружающей действительности. Это абстрактные понятия: людогрыз, миголёт, листочёс, краснокап, глупотелие, здоровообразие, людогон, людоход; конкретные существительные со значением предметности: густоросль, снеголеплина, вертоснежина, мокрозём, ледоскат, светоожка и другие. Отмечено также 7 сложно-суффиксальных существительных, называющих лиц мужского пола: серодранец, руконог, глазопял, пустоброд, словотряс, брюходум, дубостоп.
Литература

1. Арутюнова Н.Д. Очерки по словообразованию в современном испанском языке. - М: Изд-во АН СССР, 1961. - С. 141 - 149.

2. Алексеев Д.И. Сокращенные слова в русском языке. – Саратов, 1979.

3. Бакина М.А. Словотворчество // Языковые процессы современной рус­ской художественной литературы. Поэзия. – М.: Наука, 1977. – С. 78 – 128.


Софья Влдадимировна Кошелева, канд. филол. наук, доцент

E-mail: rus_jaz@ostu.ru

1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   12

  • К ВОПРОСУ О ГЕНДИАДИСНЫХ ОБРАЗОВАНИЯХ, ПРИНАДЛЕЖАЩИХ К ИМЕНАМ СУЩЕСТВИТЕЛЬНЫМ Н.Н.Зайцева
  • СЛОЖНЫЕ НОВООБРАЗОВАНИЯ-СУЩЕСТВИТЕЛЬНЫЕ В ИДИОЛЕКТЕ АНДРЕЯ БЕЛОГО С.В. Кошелева