Рассматриваются вопросы изучения и использования русской речи в современном вузе по следующим направлениям

Главная страница
Контакты

    Главная страница



Рассматриваются вопросы изучения и использования русской речи в современном вузе по следующим направлениям



страница2/12
Дата08.01.2017
Размер2.52 Mb.


1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   12

В заключение отметим, что анализ конструкций экспрессивного синтаксиса показал их продуктивность в различных функциональных стилях современного русского языка (особенно в языке художественной литературы и публицистики), выявил их широкую синтаксическую вариативность, гибкость. Конструкции экспрессивного синтаксиса являются модификациями базовой модели, они пополняют реестр синтаксических структур русского языка, обладающих широкими возможностями к проявлению авторской индивидуальности в многообразных жанрах.

Знакомство студентов с конструкциями экспрессивного синтаксиса поможет им справиться с синтаксическим анализом тех конструкций, которые не были предметом исследования в школьном курсе синтаксиса. Кроме того, знание новых явлений в грамматическом строе русского языка обогатит их речь стилистически маркированными структурами, целевое назначение которых усилить действенную силу передаваемой информации.

Литература


  1. Сковородников А.П. Экспрессивные синтаксические конструкции современного русского литературного языка. – Томск, 1981.

  2. Береговская Э.М. Экспрессивный синтаксис. Учебное пособие к спецкурсу. – Смоленск, 1984.

  3. Гак В.Г. Об использовании идеи симметрии в языкознании // В сб.: Лексческая и грамматическая семантика романских языков. Калинин, 1980.

  4. Акимова Г.Н. Новое в синтаксисе современного русского языка. – М., 1990.

Ангелина Алексеевна Аладьина, канд. филол. наук, доцент;

Мария Естаевна Минайдарова, канд. пед. наук, доцент

8-7262 435806
АНАЛИТИЧЕСКОЕ ПРОЧТЕНИЕ ХУДОЖЕСТВЕННОГО

ТЕКСТА КАК СРЕДСТВО ФОРМИРОВАНИЯ КЛЮЧЕВЫХ

ФИЛОЛОГИЧЕСКИХ КОМПЕТЕНЦИЙ
Д.И. Архарова

Институт развития образования

Россия, г. Екатеринбург
В статье предлагается авторская методика лингво-риторического анализа текста.

In article the author's technique of the lingvo-rhetorical analysis of the text is offered.
Основным противоречием современной образовательной ситуации является несоответствие социального заказа на выпускника средней школы, как на человека, способного к адекватному участию в информационном обмене в позициях адресанта и адресата в сфере устной и письменной речи, и теми технологиями и методиками, которые используются в современной школе. В школах нет отдельного предмета «Родная речь», школьная риторика существует лишь в отдельных образовательных учреждениях (последнее утверждение высказываем, опираясь на данные по Свердловской области), действующие учебные программы традиционно рассчитаны лишь на «левополушарных» детей и никак не учитывают необходимость обновления и программ и методик для «правополушарных» детей. Именно эти дети, доминирующие на данный момент в количественном отношении среди школьников, требуют усиленной работы над логическими основами речи и информационно-коммуникативными умениями в целом.

Очень актуальной является задача формирования и развития умений восприятия, понимания информационно-содержательных основ предлагаемого ученикам устного или письменного учебного текста, в том числе художественного. Современный школьник, в среднем малочитающий, не воспринимает информацию в больших по объему предложениях, а также классических литературных текстах объемом более 40-50 страниц. Его восприятие информации не является цельным и целостным, так как в учебных текстах он не видит причинно-следственных и других смысловых связей между предложениями, абзацами, частями и главами. При работе с текстом такие ученики неактивны, достаточно равнодушны к эстетическому воздействию, на которое рассчитан текст.

Однако современные ученики, особенно в старших классах, ощущают большой эмоциональный голод и по красивому слову и по глубокой мысли, сами хотят говорить и писать, точно и выразительно оформляя свои мысли. Такие школьники предпочитают поэтапное решение возникающих проблем, в том числе при восприятии и понимании предложенного текста.

Все существующие методики анализа текста являются поэтапными, что соответствует интеллектуальным запросам и потребностям современного школьника. Однако традиционные методики лингвистического и лингво-стилистического анализа текста для современного ученика оказываются слишком «подробными», то есть длинными и малопонятными.

Современному школьнику трудно видеть и анализировать переносное значение слов, возникающих в контексте, тем более им трудно работать с лексико-грамматическими языковыми фактами и видеть их целостную функционально-смысловую нагрузку в тексте. Особые, часто непреодолимые трудности, возникают при работе с абстрактной и оценочной лексикой, при этом отчетливо проявляется бедность детской речи. Постижение нравственно-эстетического потенциала художественного текста, предполагаемого методиками лингвистического и лингво-стилистического анализа, оказывается крайне затрудненным.
Выдвигаем предположение о том, что для достижения этого результата ученик и выпускник школы должен уметь аналитически рассматривать предложенный авторский текст.

Интересна идея информационно-смыслового анализа текста. Само название говорит о том, что этот анализ направлен в первую очередь на обнажение информационно-содержательных (логических) основ предложенного художественного текста. Мы в своих научно-методических и учебно-методических разработках выдвинули гипотезу о том, что одной из методик такого анализа является лингво-риторичекий анализ текста. Основанием для этой гипотезы послужил тот факт, что именно риторика обладает методически разработанными приемами выстраивания, а значит, понимания логических основ собственной убеждающей публицистической речи, что с определенными изменениями можно использовать и при работе с восприятием и пониманием художественного текста. Риторический канон (изобретение содержания текста плюс расположение материала плюс речевое оформление композиционно выстроенного текста) методически организует речемыслительную деятельность адресанта и адресат речи/ текста. Публицистический текст предлагает своему читателю явные информационно-логические структуры, так как этому способствует тип речи – рассуждение, упорядочивающее содержание этого текста. В художественном тексте проблемные, нравственные смыслы, функционирующие в подтексте, можно выстроить по типу рассуждения. Открытым является вопрос о методике нахождения этих смыслов с позиций информационно-смыслового анализа художественного текста.

При решении этого вопроса важной для нас оказалась опора на существование в тексте следующих параметров информационно-логической структуры художественного текста: 1) тема (тематическая цепочка) – проблема – авторская идея (концепт); 2) наличие традиционных микротем в повествовательном художественном тексте (экспозиция – завязка – развитие действия – кульминация – развязка); 3) наличие в повествовательном художественном тексте трех информационных уровней (сюжетной – образной – проблемной); 4) построение сюжета на основании основного противоречия с целью его обострения или разрешения, что естественным образом сказывается на структурировании образной и проблемной информации. При этом структурировании очень полезным оказывается рассмотрение композиционных особенностей текста, когда выявляется значимость риторических фигур при композиционном решении текста (антитеза, градация, повтор) и функциональная нагрузка риторических фигур и тропов в речевом оформлении текста. Фигуры делают логику текста подчеркнутой и убедительной. Анализ функциональной нагрузки этих фигур помогает понять текст.

Перейдем к примерам. Н.В.Гоголь создал свою языковую поэтику. Его изумительные художественные тексты каждый читающий человек узнает безошибочно.

Синтактика лексических единиц всегда абсолютно неожиданна, высока, прекрасна, и на эту высоту поднимается душа читателя. Объяснить это нельзя, в этом иррациональная, завораживающая тайна гениального произведения.

Тексты Н.В.Гоголя – публициста не часто оказываются предметом изучения лингвиста и ритора. Поэтика этих гоголевских текстов столь же высока и неповторима. Гоголь умеет передать не только мысль, но ее зарождение, течение, трепет, полутона. Гоголь умеет предвосхитить чувства читателя, пленить, заставить удивиться неожиданной смене микротем текста.

Его публицистика высокохудожественна, его художественные тексты публицистичны, они возрождают традиции витийственной, высокой риторики – мастерства красивой речи.

Покажем особенности риторической поэтики Н.В.Гоголя на примере лингво-риторического анализа отрывка из его поэмы «Мертвые души».



Русь! Русь! Вижу тебя, из моего чудного, прекрасного далека тебя

1




вижу: бедно, разбросано и неприютно в тебе; не развеселят, не испугают взоров

2




дерзкие дива природы, венчанные дерзкими дивами искусства: города с

3




многооконными высокими дворцами, вросшими в утесы, картинные дерева и

4




плющи, вросшие в дома, в шуме и в вечной пыли водопадов…Открыто-

5




пустынно и ровно все в тебе; как точки, как значки, неприметно торчат среди

6




равнин невысокие твои города; ничто не обольстит и не очарует взора.

7




Но какая же непостижимая, тайная сила влечет к тебе? Почему слышится

8




и раздается немолчно в ушах твоя тоскливая, несущаяся по всей длине и ширине

9




твоей, от моря и до моря, песня? Что в ней, в этой песне? Что зовет, и рыдает, и

10




хватает за сердце? Какие звуки болезненно лобзают и стремятся в душу и

11




вьются около моего сердца? Русь! Чего же ты хочешь от меня? Какая

12




непостижимая связь таится между нами! Что глядишь ты так, и зачем все, что

13




ни есть в тебе, обратило на меня полные ожидания очи?..Что прочит сей

14




необъятный простор? Здесь ли, в тебе ли не родиться беспредельной мысли,

15




Когда ты сама без конца? Здесь ли не быть богатырю, когда есть место, где

16




развернуться и пройтись ему? И грозно объемлет меня могучее пространство,

17




страшною силою отразясь во глубине моей; неестественной властью осветились

18




мои очи: у! какая сверкающая, чудная, незнакомая земле даль! Русь!..

19










Н.В.Гоголь говорит о любимой, непонятной Руси – родной стране – неброской внешне, но обладающей непостижимой, тайной, притягательной силой ( см. строки 2-8).

Автор сопоставляет обжитое, обустроенное пространство ( см. строки 2-5), где душа человека уже молчит, и непостижимый, пока внешне бедный русский простор, где может родиться беспредельная мысль, где есть место для богатыря (духа), который не может не родиться здесь ( см. строки 14-17).Завершают текст эмоционально возвышенные конструкции, красоту и языковую оригинальность которых аналитически оценить трудно: Русь расширяется до космических размеров, автор, оглядывающий «эту сверкающую, чудную, незнакомую земле даль», «это грозное пространство», оказывается тоже громадным, но не в буквальном, физическом смысле, а в эмоционально-образном: «страшной силой (отражается она) в моей глубине (душе), неестественной властью осветились очи мои» ( см. строки 18-19).

Автор берет читателя в плен, эмоционально «заражая» своими чувствами, своей мыслью о том, что нужен особый взгляд на Россию, чтобы суметь почувствовать и понять ее суть – нынешнюю и будущую.

Разработка темы опирается на подчеркнуто эмоциональные аргументы «ad hominem»(«к человеку»), Н.В.Гоголь не только привлекает внимание читателя, но погружает его в свой восторг, в свои ощущения и догадки, таким образом, он вступает в диалог с читателем, который не может с ним не согласиться.

Художественно-публицистический текст Н.В.Гоголя становится стихотворением в прозе, когда лиричность и пафосность становятся органично сочетаются.

Гоголь предстает перед нами как вдохновленный поэт и мечтатель, верующий в великое будущее России. Его авторская позиция в данном тексте такова: 1) Великая судьба непостижимой России возможна, так как в ней есть простор, сила, душа, которые из «прекрасного далека»разглядетьтрудно;2)автор беседует с Россией из «далека»( его буквальная «точка зрения» космична, поднята высоко над землей, над обыденностью),он видит ожидающие «очи»России и сам так смотрит на нее; 3) автор видит неизбежность грозных перемен.

Можно предполагать глубинные смыслы, содержательно обусловленные общим замыслом поэмы «Мертвые души»: в своем «прекрасном далеке» автор верует и хочет, чтобы на родине хотя бы знали о страстной и великой вере его. Он устранился, он далеко (в Италии), т.е. там, где он все может видеть по-своему («очами»). Стихотворение в прозе становится публичным покаянием («верую и каюсь)», что поддерживает диалогичность текста.
Композиция анализируемого фрагмента из поэмы Н.В.Гоголя «Мертвые души» служит средством донесения авторских мыслей (темы, идеи, концепции) до читателя.

Стихотворение в прозе, вольное по своей аргументации, производит впечатление импровизации. Такое содержание читатель воспримет целостно только при условии четко простроенной композиции. Н.В.Гоголь строит ее на основе 2-х классических приемов:



  1. Основная антитеза ( бедная Русь – «прекрасное далеко») сопровождается, дополняется множественными антитезами, когда другие страны и родная страна сопоставляются сначала по внешним характеристикам (обустроенное - необустроенное пространство; замкнутое – беспредельное пространство; внешняя красота, памятники культуры – неприметность, бедность, невзрачность; шум, вечная пыль водопадов – песня, хватающая за душу). Другие страны, т.е. «прекрасное далеко», противопоставляется родной стране и по внутренним, менее заметным признакам: «там» русская душа молчит - к Руси влечет душу сила, ожидание чуда, пророчество; «прекрасное далеко» понятно. известно всем – Русь непостижимая, грозная. Эти антитезы «организуют» читательское понимание текста, хотя каждый читатель видит их по- своему. Они переплетаются и как бы «мерцают» в тексте, пробуждая в читателе эмоциональные, трудно выражаемые словами, текучие и тем не менее узнаваемые самим читателем смысловые ассоциации. Аргументы «ad hominem» держатся на них. Автор не выстраивает причинно-следственные связи, они неуместны в стихотворении в прозе, он предпочитает отождествительно-пояснительные логические связи фрагментов, которые и пробуждают у читателя «нужные» Гоголю смысловые ассоциации (выше мы говорили, что Гоголь «берет читателя в плен», сейчас мы попробовали раскрыть механизм такого риторического воздействия на читателя). Это является частью поэтики Н.В.Гоголя.

  2. Текст строится по схеме : интригующее начало - рыхлая середина –неопределенно построенное завершение, которое может показаться «рискованным» в силу внешней статичности. Но эта статичность неотделима от энергичного воздействия системы содержательных антитез текста, пробуждающих мысль читателя! Более того, рыхлость и статичность композиции описательного текста предполагает эффект панорамирования, т.е. глубокого, неторопливого вглядывания в детали, психологически подчеркнутые автором, что может повлечь за собой проникновение в глубинную авторскую концепцию: «верую, но каюсь!» Свой эмоциональный пафос Гоголь не делает навязчивым!

Речевое оформление гоголевского текста очень разнообразно. Это величественная речь, лексическая «непредсказуемость» которой органично сочетается с четко простроенными риторическими приемами оформления, что и является причиной сильного эмоционально-эстетическоего воздействия на читателя.

Богато представлены тропы. Рассмотрим только эпитеты и метафоры. В тексте много эпитетов: чудное, прекрасное далеко, вечная пыль водопадов, неприметно торчат…невысокие города твои; тоскливая песня; непостижимая связь, необъятный простор; беспредельная мысль, неестественная власть; сверкающая, чудная, незнакомая земле даль.

Эпитеты, как видим, антитетичны, но в целом выражают гиперболичность характеристик предметов, «выдают» авторское стремление к широте и глубине осмысления России и своего отношения к ней.

Метафоры многочисленны и придают тексту яркую экспрессию, позволяя увидеть емкость и трепетность авторской мысли: не развеселят, не испугают взоров дива природы; …дворцы…вросшие в утесы; картинные дерева, вросшие в дома; тайная сила влечет; несущаяся по всей длине и ширине…песня, что зовет, и рыдает, и хватает за сердце; звуки лобзают…и стремятся в душу и вьются около моего сердца, какая связь таится между нами; что глядишь ты, зачем все… обратило на меня полные ожидания очи; грозно объемлет меня могучее пространство, страшною силою отразясь во глубине моей.

Опять видим антитезу в метафорических характеристиках «прекрасного далека» (все его детали превратились в бесформенную глыбу, которая не пугает и не веселит сердце) и родной стороны , где каждая деталь проникает в сердце, где все живо и внятно для души.

Текст в целом приобретает характер 2-х развернутых метафор, противопоставленных друг другу.

Риторические фигуры ( рассмотрим только антитезу и градацию, повтор и иронию) чрезвычайно важны в тексте. Наряду с композицией они выполняют роль содержательных скреп текста, «уравновешивающих и упорядочивающих» буйство авторской фантазии.

Антитеза держит все композиционное решение текста. Она же организует разработку темы; ср. цепочки ключевых тематических слов текста:


  1. Русь – ты – невысокие города твои – как значки, как точки – песня- сердце- душа- связь между нами – меня – полные ожидания очи – простор – ты без конца – беспредельная мысль – богатырь- могучее пространство – глубина моя – даль;

  2. Мое чудное, прекрасное далеко –дерзкие дива природы; венчание дерзкими дивами искусства: города…с дворцами , вросшими в утесы – картинные дерева…вросшие в дома – водопады.

Бедность, но беспредельность места (и сил) противостоит ограниченности прекрасного места.

Второй тематический ряд явно ироничен (об этом чуть ниже), первый – поэтичен.



Градация явна в рядах контекстных эпитетов, метафорических эпитетов и метафор: чудное, прекрасное далеко; бедно, разбросано и неприютно в тебе; не обольстит, не очарует взора; непостижимая, тайная сила; несущаяся по всей длине и ширине, от моря и до моря песня; зовет, и рыдает, и хватает за сердце; Русь глядит…, ожидает,…пророчит; сверкающая, чудная, незнакомая земле даль, Русь!

Градационные ряды позволяют увидеть контекстную энантиосемию: чудное прекрасное далеко ( «известное как чудо») и чудная незнакомая земле даль ( «неизвестное пока никому, находящееся в ожидании чуда - преображения»).



Повторы позволяют увидеть в тексте психологически важные детали, поддерживающие контраст «прекрасного далека» и «незнакомой…дали - Руси».

Интересен контактный повтор (см. строки 3-5), цитировавшийся выше, в котором сквозит авторская ирония по поводу давно известных красот, не веселящих душу.

Повтор местоимений ты, твой - меня, мой в каждом предложении ( см. строки 5-19) подчеркивает чрезвычайно важную для Гоголя связь родины и писателя.

Дистантный повтор синонимов тайная сила (строка 8), связь между нами (13). Страшная сила отразилась в глубине моей (18), неестественная власть…в очах моих (18-19) уравнивает страну и ее писателя.

Очень важен ряд контекстных синонимов, повторяющих и удерживающих в тексте тему простора – пространства: от моря до моря, простор, беспредельная мысль, Русь без предела, есть место, где пройтись и развернуться богатырю, грозно объемлет пространство, какая…даль.

Отмеченным нами повторам принадлежит немалая роль в создании гиперболизированной, символической картины: Гоголь беседует с Россией, делая читателей свидетелями этой беседы. Образ России космичен – это символизирует веру Гоголя в ее безграничную мощь, силу, которые пока не проявляют себя. Автор тоже космичен, его «точка зрения»( место, откуда он ведет разговор) высока и в прямом, и в переносном смысле. Текст аллегоричен и символичен: поэт, писатель, любящий Россию и верующий в ее непостижимое будущее, беседует с ней, только он понимает ее ожидание и пророчит ей великое будущее.

Читателя Гоголь погружает в свои эмоции, вызывая узнаваемые и в то же время поэтические ассоциации. Четкой философской концепции Гоголь не предлагает. Он говорит о своей любви к Родине и вере в ее силы

Литература

1. Архарова Д.И. Риторическая компетентность адресата и интерпретация текста // Анализ литературного произведения в системе филологического образования. – Екатеринбург, УрГПУ, 2004. – С. 6-12.

2. Архарова Д.И., Долинина Т.А., Чудинов А.П. Речь и культура общения (практическая риторика): 5-9 кл.: Книга для учителя. Ч. I. – Екатеринбург: ИД «Сократ», 2001. – С. 27-29.

3. Кожин А.Н., Крылова О.А., Одинцов В.В. Функционально-смысловые типы речи. – М.: Высшая школа, 1982.
Дина Ивановна Архарова, канд. филол. наук, доцент

E-mail: dinaarkharova@mail.ru


1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   12

  • АНАЛИТИЧЕСКОЕ ПРОЧТЕНИЕ ХУДОЖЕСТВЕННОГО ТЕКСТА КАК СРЕДСТВО ФОРМИРОВАНИЯ КЛЮЧЕВЫХ ФИЛОЛОГИЧЕСКИХ КОМПЕТЕНЦИЙ Д.И. Архарова
  • Композиция анализируемого фрагмента из поэмы Н.В.Гоголя «Мертвые души»
  • Речевое оформление гоголевского текста