Борис Петрович Шереметьев

Главная страница
Контакты

    Главная страница



Борис Петрович Шереметьев



страница3/6
Дата19.08.2017
Размер0.51 Mb.


1   2   3   4   5   6

Борис Петрович Шереметьев.


Борис Петрович Шереметьев - полная противоположность Меньшико­ву. Всякий раз, когда мы сравниваем черты характера и детали биогра­фий этих сподвижников Петра, у нас появляется все больше оснований для их противопоставления. Меньшиков не мог похвастаться предками - ему пришлось изобретать себе родословную достойную уважения. Родо­словие Шереметьева было блистательным. Меньшикова природа ода­рила талантами полководца и администратора. Шереметьева мы не мо­жем назвать бездарным, но его способности были намного скромнее. Светлейший был подвижен, энергичен, отважен и даже бесстрашен; ему ни чего не стоило очертя голову броситься в пекло сражений либо со­вершить лихой и неожиданный налет на неприятеля. Шереметьев, на­против, отличался медлительностью и краеней осторожностью. Он - сама рассудительность, остерегающаяся неожиданных поворотов; напе­рекор рассудку он не шел. Первый любил рискрвать - второму риск про­тивопаказан. Шансы свои и своего противника Шереметьев досконально взвешивал и чувствовал себя уверенно, когда располагал превосходст­вом в силах. Он не из тех полководцев, кто под воздействием эмоций мог бросить судьбу вверенного ему войска на волю случая.

Но вместе с тем в чертах характера обоих деятелей нетрудно обнару­жить некую общность. Их роднили тщеславие, страсть к стяжательству, оба были неравнодушны к лошадям. Правда, при ближайшем рассмотре­нии оказывается, что эта общность была чисто внешней. Они руково­дствовались в своих начинаниях разными побудительными мотивами и потворствовали своим слабостям разными средствами. Так, Меньшиков, умножал свои богатства тем, что запускал руку в казенный сундук, не различая личное достаяние и государственное. Не брезговал светлей­ший и скользкими финансовыми операциями, если они сулили изрядные барыши. Борис Петрович бескорыстием не отличался - иначе бы он не был сыном своего времени, но не отваживался красть в масштабах, ко­торые дозволял себе Меньшиков. Представитель древнейшего аристо­кратического рода если и воровал, то настолько умеренно, что размеры украденного не вызывали зависти у окружающих. Шереметьев умел по­прошайничать. Он не упускал случая напомнить царю о своей "нищете", и его стяжания являлись плодом царских жалований: вотчин он, кажется, не покупал.

Подоплека интереса к лошадям тоже была различной. Для Меньшико­ва порода лошадей в конюшни имела престижный характер - княжеское тщеславие не позволяло ему довольствоваться скромным выездом. Бо­рис Петрович проявлял подлинную любовь к лошадям и знал в них толк.

Борис Петрович родился 25 апреля 1652 года. Сначала служил столь­ником, потом был жалован в бояре. При Софье Шереметьев служил на дипломатиче­ском поприще: он возглавлял посольство, отправленное в Речь Посполитую для ратификации “Вечного мира”. После того как Со­фья была повержена, Борис Петрович долгие годы не был призван ко двору. Во время первого Азовского похода Шереметьев не пользовался особым расположением царя, поэтому он участвовал на отдельном от Азова театре военных действий. Это расположение надлежало завое­вать делом и Борис Петрович не жалел сил, чтобы добиться успеха. Он без особого труда раззорил османские крепости по Днепру. Три месяца спустя после отправки Великого посольства Шереметьев поехал в Речь Посполитую и Австрию, дальнейший его путь лежал в Венецию.

Для выполнения дипломатической миссии в этих странах у Петра не было более подходящей кандидатуры, чем Шереметьев, в особенности, если учесть, что весь цвет русской дипломатии был включен в состав "Великого посольства". Преимущество Шереметьева состояло в том, что за его плечами был опыт дипломата, и ему уже довелось побывать в не­которых из стран, куда он держал путь. Шереметьев был, кроме того, военачальником, причем он успешно руководил военными действиями против неприятеля, являвшегося противником номер один и для дворов, которые он намеривался посетить, Варшавы, Вены, Неаполя. Имела значениеи внешность Бориса Петровича. Голубоглазый блондин с от­крытым лицом и изысканными манерами, он располагал качествами, не­обходимыми дипломату: в случае надобности он мог быть и непрони­цаемым, и надменным, и предупредительно любезным. Петр при выборе кандидата, видимо, учитывал еще одно качество Бориса Петровича: он был не чужд восприятию западной культуры, во всяком случае, ее внеш­них проявлений.

Вернулся он 10 февраля 1699 года. Теперь он носил немецкую одеж­ду и очень удачно подражал немецким обычаям, в силу чего был в осо­бой милости и почете царя. Нарва не прибавила славы к полководческой репутации боярина Шереметьева. В этом сражении ему была поручена ответственная операция по задержанию Карла XII, спе­шившего на по­мощь осажденному гарнизону. Борис Петрович отступал два раза, не смотря на то, что после первого отступления сам царь по­велел вернуть­ся ему на прежнее место. Во время боя Шереметьев с конницей в панике бежали через реку Нарову. Более тысячи человек по­шло ко дну.



У Петра, потерявшего под Нарвой почти весь офицерский корпус, вы­бора не было, и он прибегнул к услугам Шереметьева. Две недели спустя после Нарвы царь поручает ему принять командование конными полками.

Первую более или менее значительную операцию Шереметьев пред­принял в начале сентября 1701 года, когда он тремя отрядами, обшей численностью 21000 человек, нанёс поражение шведам. Потеряв всего 9 человек, отряды Бориса Петровича уничтожили три сотни шведов, две пушки и свыше ста орудий. Военное значение этой операции было неве­лико, однако ее, прежде всего, оценивали в плане повышения морально­го духа русских войск. После Нарвы это была первая победа над шве­дами. Затем 27 декабря 1701 года последовала ещё одна, но уже более крупная, победа у мызы Эрестфер. Значение этой победы царь оценил лаконично и выразительно, как он умел делать, восклицанием: “ Мы мо­жем, наконец, бить шведов!” Появился и первый полководец, научив­шийся их побеждать, - русский фельдмаршал Б.П.Шереметьев. Одной из черт характера Бориса Петровича являлась основательность подготовки и организация дела. Однако фельдмаршал, наряду с этими положитель­ными качества­ми, проявлял черезмерную медлительность. В июле 1702 года БП про­вел ещё одну успешную операцию, после которой он стал полновесным хозяином Восточной Лифляндии. Обе кампании озарили Шереметьева лучами славы первого победителя шведов. В октябре 1702 года под ко­мандованием Бориса Петровича штурмом была взята кре­пость Орешек. В 1703 году судьба была благосклонна к Борису Петрови­чу: он совершил несколько удачных операций. Под его командованием русские войска овладели Ниеншанцем, Копрьем и Ямом, а также осуще­ствили успешный марш по вражеской территории. В трех из этих опера­ций он дейсвовал самостоя­тельно, без вмешательсва царя. В итоге он не дал Петру ни единого по­вода для выражения недовольсва или раз­дражительности. В июне 1704 года фельдмаршал, без каких либо успе­хов осаждал крепость Дерпт, пока не прибыл царь. Он был очень раз­дражен Борисом Петровичем, так как тот неправильно выбрал направ­ление атаки. Под руководством Петра через десять дней крепость была взята штурмом. Через месяц в августе Петру, наконец, то удалось взять Нарову. После этих побед царя Шереметьев потерял царское располо­жение. Однако Пётр был уверен, что Борис Петрович, хотя и не обладал выдающимися полководче­скими дарования­ми, зря армию непогубит. От­ношения между фельд­маршалом и царём не были близкими, их, скорее, можно назвать офи­цальными. Шереметь­ев не входил в компанию близ­ких к Петру людей. Скорее всего, Борису Петровичу не было уютно в компании Петра потому, что нравам аристо­крата претило многое: и то, что царь совершал поступки, не соответст­вовавшие царскому сану, и то, что он окружил себя подлородными вы­скочками, и, наконец, его непочти­тельное отношение к родовитым лю­дям. И хотя фельдмаршалу при­шлось сделать вид, что он смирился со всеми чудачествами и нелепыми выходками царя и его шутовского двора, но по-настоящему приспосо­биться к этим порядкам, поступиться с детсва усвоенными привычками и взглядами было выше его сил. Шере­метьев был человеком другой эпохи, точнее, человеком, в котором черты аристократического воспита­ния причудливо переплелись с нов­шествами в поведениит царя.

С конца 1701 до 1704 года – время наибольшей близо­сти царя к фельдмаршалу. Но по мере того как Пётр набирался полко­водческого опыта, происходила переоценка ценностей. Главная сла­бость Шере­метьева – медлительность не раз вызывала раздражение царя. В июле 1705 года БП проиграл сражение у Мур–мызы. Это был единственный проигрыш Шереметьева за все годы Северной Войны. Ко­нечно, это из­вестие не доставило радости Петру, однако он сдержался и обратился к фельдмаршалу лишь со словами утешения.

В августе БП был послан подавлять бунт стрельцов в Астрахани. Вы­бор царя пал на Шереметьева, так как он обладал рядом преимуществ, ставивших его вне конкуренции при назначении на этот пост.

К ним, прежде всего, относится репутация Шереметьева среди насе­ле­ния как полководца, научившегося побеждать шведов. Имело значе­ние и то, что руки фельдмаршала не были обагрены кровью казненных стрельцов: в казнях он не участвовал. Особой популярностью Шереметь­ев пользовался у дворян: чин боярина и принадлежность к древнему аристократическому роду способствовали консолидации вокруг него дворянства.

При большом давлении царя только к марту 1706 года БП добрался до Астрахани. Он вел линию на обострение отношений с астраханцами и действовал в нарушение инструкций царя. Подчинись фельдмаршал этим приказам Петра, ему была бы уготована роль человека пожинавше­го плоды усилий людей, подготовивших сдачу города без сопротивления. Подробная роль не сулила Шереметьеву ни почестей, ни наград. Экспе­диция завершилась успешно, и БП получил в награду Юхоцскую волость и село Вощажниково.

В конце 1706 года Шереметьев был назначен главнокомандующим полевой армии, и его вновь можно было встретить в действующей ар­мии. На театре боевых действий оказались БП и генерал-лейтенант Меньшиков, который благодаря своему фавору часто действовал вопре­ки воле главнокомандующего. Из-за этих препирательств Головинское сражение окончилось для русских весьма неудачно. Однако этот эпизод вскоре был забыт, ибо на смену ей пришли две блистательные победы, в которых правда, БП не участвовал. Первая зи них произошло 30 августа 1707 года под селом Добрым. Вторая – 28 сентября у деревни Лесная. В общей сложности в обеих баталиях полегло 11 тысяч шведов. Карл XII оказался в трудной ситуации. И он был вынужден, из-за отсутствия по­довольствия, постоянно менять свою дислокацию. Петром был создан сильный и мобильный отряд для нанесения молниеносных ударов. Ще­реметьев был назначен руководить операцией, но он не справился. Ше­реметьев был хорош и даже незаменим в операциях, где требовались осторожность, расчетливость и выдержка. Он умел педантично и с большим успехом "томить" неприятеля и изнурять его силы. Здесь же надлежало проявить качества, органически чужные Шереметьеву: азарт, дерзость, внезапность, риск. Царь был крайне недоволен действиями Бо­риса Петровича и свой гнев выразил тем, что отобрал у него преобра­женский полк. В последовавшей после этих событий Полтавской битве роль Шереметьева была почти незаметна, из-за того, что в битве участ­вовала лишь третья часть русской армии. Хотя в наградном списке фа­милия Бориса Петровича стояла первой. В 1709-1710 году Шереметьев осадой взял Ригу. Эта победа предала забвению все инциденты, вызы­вавшие недо­вольство царя по отношению к фельдмаршалу. В ноябре 1711 года про­изошло генеральное сражение у реки Прут, в котором Ше­реметьев при­нимал участие как главнокомандующий. В ходе сражения русские оказа­лись в “мышеловке”, так как османская армия сильно пре­восходила российскую армию по численности. Спасло русскую армию от нименуемой гибели лишь заключение мирного договора 11 июля 1711 года. По условиям договора сын Бориса Петровича Михаил должен был отправиться к туркам в качестве одного из заложников. Чтобы утешить старого фельдмаршала Пётр не поскупился на щедрые награды. Список награждённых ограничивался тремя лицами, среди награждённых был и Шереметьев. Несомнено одно: БП неутратил доверия царя. В марте 1712 года Шереметьев обратился к царю с необыкновенной просьбой. Фельдмаршал счел, что напряжение походной жизни ему уже не под силу, пора на покой. Петр, однако, повелел ему жениться, и сам подыс­кал 60 летнему вдовцу невесту. Ею стала Анна Петровна Салтыкова. Анна

Петровна родила Борису Петровичу пятерых детей. В феврале 1713 года было возбужденно следствие на Шереметьева и Савелова, по по­воду того, что БП отобрал у Рожнова “цук вороных немецких лоша­дей”. Неизвестно как обернулось бы дыло Шереметьеву, если бы оно не пре­кратилось также внезапно, как и началось. 1718 год был поме­чен круп­ными неприятностями. Борис Петрович не поставил свою подпись под приго­во­ром царевичу Алексею и царь полагал, что Шереметьев симули­ровал болезнь, из-за которой он не явился в столицу. Тем самым Пётр решил БП душевного покоя и омрачил последние годы его жизни. Умер фельд­маршал 17 февраля 1719 года.

В жизни Бориса Петровича постоянно переплеталось старое и новое, создавая порт­рет деятеля периода перехода от Московской Руси к евро­пеизированной России. Имя его сохранилось в истории, прежде всего как полководца, громившего шведов.




1   2   3   4   5   6