Далекие путешествия

Главная страница
Контакты

    Главная страница



Далекие путешествия



страница20/28
Дата19.08.2017
Размер4.46 Mb.


1   ...   16   17   18   19   20   21   22   23   ...   28


Здорово! "Повторялы" исчезли! В тот же миг я подметил еще одно изменение, и оно полностью захватило мое внимание: вокруг Земли осталось единственное плоское кольцо, очень похожее на кольцо вокруг Сатурна. Оно было сверкающим, искрящимся, но переливалось не отраженными лучами Солнца, а собственным свечением.

(Со временем ты поймешь назначение, этого кольца).

Мы продолжали двигаться вперед, миновали искрящееся кольцо, не проходя сквозь него, и направились вниз. Я осознал еще одно изменение: полоса "М" была заполнена сигналами общения, но это был совсем не шум. Помех вообще не было! Это могло означать только одно: люди наконец-то овладели НСО. Дополнительным подтверждением было исчезновение призрачной дымки, которую создавал шум в полосе "М". Вокруг уже не было сгустков случайных мыслей. Одного только этого открытия было вполне достаточно, чтобы я представил себе, чего ждать в дальнейшем.

Мы опустились на небольшую высоту, примерно на два с половиной километра, и двинулись над Северным полушарием, перемещаясь с востока на запад на двадцать восьмой широте, начиная с точки в нескольких километрах от побережья... Как я понял, это были берега Японии. Море сочного, ярко-зеленого цвета; по поверхности океана величественно катились пологие, но большие волны высотой около трех метров. В глубине под ними я различил неторопливые косяки рыб, путь которых удивительно точно повторял очертания далекой береговой линии. Рыб были тысячи.

Когда косяк резко менял направление, под водой ослепительно сверкали серебряные спины. Да, если у самого берега ходят такие огромные косяки рыбы, на Земле действительно многое изменилось. Все вокруг казалось знакомым, но у меня возникло такое чувство, будто чего-то не хватает. Окинув взглядом бескрайние океанские просторы, я тут же понял, чего именно.

Не было ни единого судна. Я осмотрел горизонт, даже попытался заглянуть за него, но не заметил нигде ни лодки, ни паруса. Самолетов тоже не было, — над тяжелыми волнами кружили только чайки и крачки, но выше, в небе, не было совершенно ничего, даже инверсионных следов.

Плавно перемещаясь, мы пересекли береговую линию и оказались над Японией. На севере виднелась поблескивающая под солнцем коническая вершина Фудзиямы. Внизу расстилался ровный ковер полей, опрятно расположенных квадратиками шахматной доски. Каждый участок слегка отличался от остальных оттенком зелени... нет, не просто зелени, чего-то большего. На изумрудном фоне были рассеяны гигантские букеты растительности самых разнообразных цветов: ярко-оранжевого, темно-синего, белого, красного — целые поля цветов, кустов и каких-то гибридов, потому что обычные цветы просто не могут быть такими огромными! Общую гармонию картины можно было рассмотреть только с большой высоты, и все же летательных аппаратов не было. Понимание этого привело к тому, что у меня все отчетливее проявлялось какое-то поразительное восприятие.

Мы продолжали двигаться на запад, и я начал подмечать отсутствие других привычных подробностей. Вокруг полей не было не только широких дорог, но даже узеньких троп. Ни единого здания, даже крохотных сарайчиков или навесов. Я внимательно изучал все вокруг, но не видел ни городов, ни поселков, ни линий электропередачи, ни машин — все это исчезло. Воздух был прозрачен и чист, никаких следов дыма.

Вспышкой прорвалось восприятие: прежде всего, вокруг не было людей. Вот кого я в действительности пытался найти: мужчин, женщин, детей. Какая ужасная катастрофа стерла всех их с лица земли?!

(Они здесь. Их немного, но причина совсем не в трагических катаклизмах. Все, что ты видишь, создано людьми).

Мы начали двигаться быстрее, помчались над беспредельными рядами ярких букетов в зеленой оправе; некоторые были просто огромными, несколько километров в поперечнике. Вскоре мы вновь оказались над океаном — по моим представлениям, это было Японское море, но даже в этом оживленном районе не было видно ни единого корабля. Море сменилось сушей (Корейский полуостров?), и здесь все выглядело иначе. Во всех направлениях расходились ряды высоких, величественных деревья с обращенными почти вертикально, прижавшимися к стволу ветками. Я никогда не видел таких деревьев... однако, вокруг по-прежнему не было ничего рукотворного, ни одного намека на то, что "здесь был Вася".

(Твое восприятие... оно... как сказать... несколько устарело).

Прежде чем я успел поразмыслить об этом, мы понеслись над морем. Движение ускорилось, и мы стремительно миновали полоску воды и вновь оказались над сушей.

По моим расчетам, это был Китай. Что ж, эту страну всегда переполняли миллионы жителей, если где-то и можно найти людей, то именно здесь... Однако выяснилось, что даже перенаселенные районы могут стать совершенно безлюдными. Мы летели над бесконечными лесами, но единообразие нарушали только редкие луга, широкие реки и мелкие ручьи. А где же знаменитые рисовые плантации, столь необходимые для человеческого выживания?

(Кое-где они сохранились, но с другой целью. Теперь это заповедники для птиц).

Поверхность земли стала более неровной, и очень скоро мы уже лавировали между кряжами и пиками настоящих гор. Растительность здесь была скудная. Мы неслись со скоростью боевого истребителя, вокруг мелькали заснеженные вершины. Я подумал, что нам стоит подняться повыше: во мне проснулся старый добрый отчаянный пилот, у которого еще сохранились остатки осторожности. Именно они в свое время позволили мне дожить до зрелого возраста, хотя и лишили определенной дерзости. Я увидел, что мы несемся прямо на отвесный, покрытый коркой льда склон высокой горной гряды.

(Помни, ты можешь пройти сквозь него и выскочить с другой стороны).

Стена придвинулась вплотную. Перед самым столкновением я крепко закрылся. На какое-то мгновение структура окружающей среды изменилась, а потом все стало по-прежнему, Я раскрылся и обернулся назад: горы уже скрывались вдали. Да, я так и не привык к проникновению сквозь материальные предметы! Земля под нами быстро выровнялась, зелень леса сменилась более светлым оттенком, открытых пространств было все больше. Я обратился к своим географическим познаниям и решил, что сейчас мы уже должны быть над Малой Азией... да, совершенно верно, кругом простирались песчаные барханы, голые каменистые районы. Здесь рождается нефть. Я внимательно осмотрелся, отметил симметричные рощицы, но не увидел нефтяных баков, трубопроводов и вышек — никаких признаков того, что тут когда-либо ступала нога человека. То ли запасы нефти окончательно вычерпаны, то ли нефть вообще уже не нужна...

(И то, и другое).

Мы в очередной раз полетели над водой (Средиземное море?), поднялись выше, помчались еще быстрей. Внизу мелькнул участок суши, но я не успел его узнать, а потом опять была вода, тяжелые волны — должно быть, Атлантика... снова суша, мы неожиданно замедлились и мягко опустились на луг среди покатых холмов. Я осмотрелся, гадая, почему мы остановились именно здесь. Место было смутно знакомым. Я стоял на пригорке, посреди большого луга с сочной зеленой травой, такой ровной, словно ее недавно косили... нет, трава была некошеной, но удивительно опрятной, стебель к стеблю. За спиной была опушка дубовой рощи, деревья были кряжистыми, развесистыми. Вдалеке виднелся ряд последовательных зеленовато-голубых горных гребней, казавшихся гигантской лестницей к небу...

Почему мы остановились именно здесь, в этом месте?

(Они так захотели. Они уже ждут).

Энергия Разумников исчезла, и я остался один. Я чувствовал себя так, будто вновь вернулся в материальное тело. Лицо согревали лучи солнца, волосы растрепались под прохладным ветерком... Волосы? Откуда у меня волосы?.. "Они уже ждут"... Кто "они"? Я осмотрелся по сторонам, но не почувствовал никакой метки... нет, одна была, очень знакомая... там, в лесу. Я развернулся и пошел... пошел?.. но это значит, что у меня есть ноги! Глянув вниз, я обнаружил, что у меня действительно появились ноги — совершенно нормальные, человеческие. Голые ноги, босые пятки.

При ходьбе я чувствовал ласковые прикосновения травы. Продолжая идти к высоким дубам, я ощупал свое тело: вполне материальное, осязаемое, теплое. Я окинул его взглядом — гибкое, стройное тело двадцатидвухлетнего юноши... и никакой одежды!

Что ж, это уже прогресс. Теперь я вновь чувствовал, как тело обдувает ветром, а в легкие проникает воздух. Я дышу. На моей памяти это был первый случаи, когда в этом состоянии сознания я ощущал настоящее материальное тело. С другой стороны, я не понимал, почему нужно было пройти такой путь, чтобы вернуться в худощавое тело ростом около метра восьмидесяти, весом килограммов семьдесят... Я подошел к границе леса и сунулся в чащу, но тут же наткнулся на какую-то преграду, оттолкнувшую меня назад, на луг. Я замер, огляделся, но ничего не воспринял.

Знакомая метка, которую я до сих пор не мог окончательно определить, находилась там, за преградой, и потому я предпринял еще одну попытку. Она не принесла особого успеха, но дала мне нечто иное: я понял, что эта незримая сила мне знакома, хотя я по-прежнему не мог выявить связь между меткой и этой преградой.

Чего-то не хватало.

(Оставайся там, на лугу, мы сейчас появимся).

Это было не звучание — НСО! Мы добились этого! Люди освоили НСО! Мы наконец-то сделали качественный скачок от обезьяньего лепета! Мне уже не терпелось поскорее увидеть встречающих, кем бы они ни были. Ждать пришлось недолго. Из-за деревьев вышли мужчина и женщина. Во всяком случае, старое доброе деление человечества на пары еще сохранилось! Оба не старше тридцати, привлекательные, стройные, загорелые. У мужчины были светлые волосы, а у женщины — темные. Пока я осматривал обоих, они улыбались.

Я раскрылся (Похоже, люди изменились не так сильно, как я предполагал. Во всяком случае, внешне).

(Прости за мелкую неувязку, Роб). — Мужчина завертелся. — (Тот, кто тебя приглашал, забыл о барьере, так что нам пришлось занять его место).

Я расплылся (Ты назвал меня Робом... Мы знакомы?).

Мужчина сердечно улыбнулся (Конечно!).

(Ты тоже, кажешься мне знакомым. Какая-то странная метка, но это просто не может быть правдой...).

Мужчина завибрировал и закружился (Я знал, что ты ни в жизнь не поверишь! И все же придется).

Я пережил яркую вспышку восприятия и поверил (ВВ!).

ВВ кружился (Кто же еще?!).

Я свернулся и нашел посылы, связанные с той преградой, которая меня отталкивала.

Теперь я догадывался, кто пригласил меня сюда.

(Так это АА — там, в лесу?).

ВВ широко раскрылся (Он так хотел встретиться с тобой! Так торопился, что напрочь позабыл о барьере. Но он воспринимает все, что происходит).

(А он знает, что представляет собой этот барьер?). ВВ разгладился (Да, знает, но он сказал, что ты должен понять это сам).

Я повернулся к женщине, так как уже не мог противиться сильнейшему притяжению, которое она осознанно или неумышленно оказывала... ее усмешка дала мне понять, что она делала это намеренно, но женщина оставалась плотно закрытой. Я отнесся к этому с пониманием. Ее метка, как и метка ВВ, была сильной, намного сильнее...

нет, все слишком расплывчато. Как я мог забыть о таком важном, существенном...

У нее была очень озорная улыбка (Ничего ты не забыл).

(Итак, что ты хочешь узнать?), — вмешался ВВ. — (Я мог бы направить тебе свой посыл, но неуверен, что тебя интересует именно это).

Я повернулся к ВВ (Какой сейчас год?).

(Год? А, время... Летоисчисление прекратили вскоре после 3000 года. В нем уже не было нужды. Дальше?).

Я мигнул (Где мы? Судя по нашему маршруту, это где-то в Соединенных Штатах, неподалеку от побережья).

ВВ разгладился (АА решил, что тебе захочется попасть именно сюда. Соединенных Штатов больше нет. Вообще никаких государств и стран. Это стало лишним. Однако я советую тебе внимательнее воспринять все вокруг).

Я обернулся и огляделся по сторонам. Да, местность действительно была знакомой.

Пригорок, на котором мы стояли, ступенчатые полоски голубоватых гор на западе...

Голубые горы! Теперь все встало на свои места. Сколько раз я стоял на этом пригорке и смотрел на запад, мысленно разгонялся на ступенях этих пологих холмов! Сколько острых переживаний связано с этим местом... но дома, изгороди, сооружения, дороги — где они? Озеро... Озеро осталось. И деревья, множество деревьев. Я никогда не видел такого разнообразия. А там, на востоке... вода.

Раньше там было четырехполосное шоссе, но теперь простиралась водная гладь, уходящая к самому горизонту.

(Мы по старинке назвали это Вирджинским заливом. Часть океана). — ВВ полностью разгладился. — (Ты и сам постоянно твердил о законе перемен. В память о прошлом многие из нас устраивают спячку именно здесь).

Я расплылся (Спячку?).

Женщина приоткрылась — совсем чуть-чуть (Мы укладываем свои излюбленные человеческие тела тут, в дубовой роще. До тех пор, пока они не понадобятся). (А это случается не так уж часто), — добавил ВВ.

Я свернулся. Спячка... гибернация. А почему бы и нет? Просто расширение старой доброй процедуры ВТП. И все же бросать их прямо здесь, под деревьями...

(Мы окутываем их мощным "пузырем"), — с улыбкой пояснила женщина. — (Он непроницаемый, сквозь него не проходят даже вирусы, не говоря уже о клещах, комарах и более крупных животных).

Тут же пришел посыл. "Пузырь" — резонирующий энергетический экран, неуклюжие подобия которого мы сами когда-то пытались создать (без особого успеха).

Энергетическое поле, окружающее тело и оберегающее его от внешних опасностей.

Так или иначе, здесь еще сохранились клещи, комары, вирусы... пожалуй, даже медведи.

(Можешь не сомневаться), — усмехнулся ВВ.

Я посмотрел на него (Что ты имеешь в виду, когда говоришь, что вы редко возвращаетесь в тело?).

ВВ кивнул в сторону женщины (Пусть она тебе расскажет).

Женщина открылась немного шире, и я почувствовал, как мощное притяжение слабеет.

Теперь у меня не оставалось сомнений в том, что она делала это намеренно. Кроме того, она понимала, что я больше не стану предпринимать попыток воспринять ее метку. Что ж, по крайней мере, одно не изменилось: женщины по-прежнему любят оставаться загадочными.

(Один-два раза в неделю, не чаще). — Она разгладилась и с интересом следила за моей реакцией.

Она добилась желаемого эффекта. Я расплылся.

(То, что в один день сразу три человека встретились здесь в материальном теле, — весьма необычно), — продолжала она, наслаждаясь моим удивлением. — (Впрочем, мы сделали это, чтобы встретиться с тобой).

Я улыбнулся (Поверьте, я очень благодарен за это).

(Помнится, ты любил говорить, что...). — Женщина осеклась, рассмеялась, но продолжила, — (Ты часто говорил, что человек — не только материальное тело.

Теперь все наоборот: ты... нам приходится твердить новичкам, что они — не только энергетические сущности).

Я свернулся. Мне и в голову не приходило, что перемены могут стать такими разительными, но кое-что оставалось прежним: один ответ, как и раньше, вызывал сотни новых вопросов. Думаю, мне следует начать с...

(Ага, хочешь найти привычную основу, от которой молено было бы отталкиваться?

Коротко говоря, мы все еще остаемся людьми... человеческими существами...

существами, ведущими человеческий образ жизни. Верно я говорю?). — Женщина вопросительно посмотрела на ВВ, но тот лишь пожал плечами. Странно... Должно быть, АА попросил их, чтобы разговорами — точнее, общением — занималась, главным образом, женщина.

Я решил прощупать другую тему (По пути сюда я не заметил ни одного дома...

вообще никаких сооружении или дорог. Ни единого признака человеческого присутствия. Где города, заводы, самолеты, машины? Куда все надевалось?).

ВВ засмеялся (Может, плохо искал?).

(Разве без них стало хуже?), — засветилась женщина.

Я разгладился (Хорошо. Я еще могу понять, что можно спать под деревьями в такое время года, но что вы делаете зимой? Нужно ведь как-то согреваться).

(Обо всем заботится "пузырь"), — ответила женщина. — (Он следит за температурой вокруг тела, можно выбрать любой режим).

(А пища? Ведь тело нужно кормить).

Женщина вытянула руки перед собой на высоте плеч, развернув ладонями вверх. Она прикрыла глаза, постояла неподвижно, а через несколько секунд опустила руки и снова посмотрела на меня.

(Только что мое тело получило энергию, которой хватит на неделю). — Она удовлетворенно вздохнула.

Я замерцал (Вы имеете в виду, что уже не питаетесь... обычной пищей?).

(Почему же? Иногда). — ВВ все-таки не выдержал и вступил в разговор. Он присел, пошарил рукой в траве и выбрал несколько комков красноватой глины. — (Хочешь канадского риса? Я люблю его больше всего).

Я с изумлением следил за его действиями... и решил, что смогу подыграть (Рис?

Нет... Давай лучше "Снежную Королеву").

ВВ расплылся (Снежную Королеву? Что это?).

(Я знаю). — Женщина взяла у ВВ кусочки глины, переложила их в правую ладонь и пристально посмотрела на них. Глина запузырилась, закипела, начала менять цвет и превратилась в небольшие крепкие и зрелые зерна белой кукурузы.

Она пересыпала горсть горячих зерен в мою ладонь. Я осторожно вложил одно в рот, пожевал... Это действительно была "Снежная Королева" — самая сладкая кукуруза на свете. Вкус был изумительным, чувствовалось, что початок только что сорван.

Больше того, с зерен еще стекали капельки масла... растительного масла. Я жадно проглотил кукурузу и изумленно посмотрел на женщину. Она понимающе усмехнулась.

Если ее восприятие и дальше будет давать такие утечки, я очень скоро узнаю метку, не прилагая особых усилий, и тогда тайна перестанет быть тайной. Я вернул ей остатки зерен, и она тоже с явным удовольствием принялась их жевать.

Я проглотил последние кусочки и задумался о том, куда, собственно, они попадают.

Впрочем, это было не так уж важно, и я разгладился (Да, вы меня убедили. И все же где дороги, транспорт? Предположим, мне хочется попасть в Японию. Не пойдем же мы пешком?).

(Зачем ходить? Просто сделаем скачок, вот и все. Разумеется, сокращенный вариант. А почему тебе захотелось в Японию?).

(Мы пролетали над ней по пути. Я видел там очень необычную растительность).

(Красиво, правда?), — улыбнулась женщина.

(Договорились. Следующая остановка: Япония). — ВВ развернулся и вошел в лес, женщина направилась за ним. — (Сейчас вернемся).

Я смотрел вслед, пока они не скрылись в роще, и принялся ждать, погрузившись в размышления о странном сочетании материального и иного, энергетического существования, которым стала жизнь на Земле. Я с удивлением обнаружил, что мне уже трудно определить, где заканчивается одна грань и начинается другая. Четкого разделения просто не было. Неужели все вокруг так изменилось?

(Готов?).

Я обернулся и увидел, что та женщина и ВВ уже стоят рядом. Они казались какими-то другими, посветлевшими (Нам пришлось оставить тела).

И тут я вдруг вспомнил (Послушай, ВВ, только никаких шуточек!).

ВВ закружился (Не волнуйся, на метку нацелится она, а нам с тобой просто предстоит поиграть в старые добрые "догонялки").

Я сосредоточился на ВВ и вытянулся...

КЛИК!


Мы парили на высоте около трех километров над разноцветным ландшафтом. Прямо под нами был самый центр рисунка, изображавшего цветущий лотос. Его внешние лепестки, раскрашенные величественными, пылающими красками, расходились на десяток километров во всех направлениях. За ними начиналась плавная смена оттенков зелени, от ярких тонов свежей листвы до сочного темно-зеленого цвета тропических джунглей. Мои спутники были рядом.

(Это один из самых красивых узоров), — завибрировала женщина.

Мне тоже трудно было представить себе что-то лучше. Я раскрылся (Кто это создал?).

(Начали несколько человек, которые захотели сотворить здесь нечто прекрасное.

Когда я пришла, это уже было. Теперь за садом ухаживают другие).

У меня возникло отчетливое, ясное восприятие (В других местах сделали то же самое? По всей Земле?).

(Кое-что восстановили, вернули к исходному экологическому равновесию. К тому, каким все было до жестокого вмешательства человека. Вернули каждое деревце, каждую травинку, каждое животное... все, что было).

(А кое-что улучшили), — вставил ВВ.

(Однако такие огромные сады у строили не везде?), — поинтересовался я у женщины.

(Нет, их не так уж много), — подтвердила она. — (Возродили множество лесов, рощ, лугов и прерий. Даже пустыни).

Восприятие было вполне отчетливым. Люди повторили дела Матери-Природы... и даже усовершенствовали ее творения. Не было смысла расспрашивать, как именно этого добились. Достаточно и посыла о женщине, превращающей глину в свежую сладкую кукурузу. Если люди способны на такое... Я решил прояснить последние неясности, хотя уже догадывался, каким станет ответ.

(Предположим, я хочу прогуляться там, внизу. Я имею в виду, в материальном теле...). — Я тщательно разгладился. — (Как это сделать?).

Женщина завибрировала (Не сомневаюсь, что там, среди этих чудесных цветущих вишен, немало человеческих тел).

(И мы можем просто взять их?), — настойчиво продолжил я.

(Ну конечно).

Так я и думал (А что, если все тела... так сказать, уже заняты?).

ВВ снова не смог удержаться (Тогда можно сделать новые. Это просто. Так ты хочешь спуститься?).

Я мигнул (Нет, просто интересно. А как насчет тех тел, которые вы оставили там, в дубовой роще? Их может занять любой другой?).

(Разумеется, почему бы и нет?), — закружился ВВ.

Почему бы и нет?! Для меня это не так уж привычно. Затем я извлек посыл из той жизни, посыл о том, что другие существа действительно могли занимать материальное тело добровольца в нашей лаборатории, пользоваться его голосовыми связками, управлять отдельными органами, даже играть на пианино... и никого это не удивляло, никто особенно не тревожился... в самом деле, а почему бы и нет?

Женщина разгладилась и обратилась к ВВ (Мне кажется, он еще не готов).

(Что ты! Все будет в порядке), — откликнулся ВВ. — (Он ведь уже большой мальчик, проглотит весь посыл одним махом. Будет так весело, что он лопнет от счастья!).

(Давай сначала вернемся в "спальню", как советовал АА), — предложила она. — (А там будет видно...).

Я раскрылся (У меня есть выбор?).

(Выбор всегда есть!), — закружилась она.

Я разгладился, сдерживая усиливающиеся вибрации (ВВ, давай делать то, что она говорит. Знаю я твои представления о веселье! Только не обижайся).

(Ладно, уговорил), — завертелся ВВ.

Женщина посмотрела на меня (Закройся поплотнее).

Я послушно закрылся.

КЛИК!


Мы летели среди тысяч, миллионов белых сверкающих фигур. Все они оживленно вибрировали. В первый миг ослепительная яркость, обилие излучения были невероятно мощными, и я испугался, что не выдержу, нажму кнопку срочной эвакуации и потребую помощи своего друга Разумника. Однако ослепительное сияние ослабело; в тот же миг я почувствовал сердечное понимание, волны которого приходили со всех сторон. Я понял, что фигуры намеренно снизили свое излучение, чтобы оно не превышало порога моей восприимчивости. Интересно, какие метки для них использовать... теперь они напоминали тускло-серые клочки тумана.

(Добро пожаловать в "спальню" обновленной школы ускоренного обучения сверхчеловека!). — Я ощутил метку ВВ, его нельзя было спутать ни с кем другим. — (АА решил, что "спальня" — лучшее название для этого места. Честно говоря, я не имею ни малейшего представления о том, что это значит).

Я уловил ощутимую, но по-прежнему размытую метку женщины, которая тоже была рядом. Она светилась и искрилась, как все остальные. Поскольку она была человеком, то и прочие сверкающие фигуры — тоже люди (если эти новые существа можно называть людьми).


Каталог: olderfiles
olderfiles -> Пётр Великий в творчестве А. С. Пушкина
olderfiles -> Курсовая работа Философские взгляды Платона и Аристотеля
olderfiles -> Комплексный анализ текста как форма подготовки к сочинению-рассуждению
olderfiles -> Реферат Французская буржуазная революция. Права человека и обязанности гражданина
olderfiles -> Реферат Культура XVIII века
olderfiles -> Реферат "Золотой век" русской культуры в XIX веке
olderfiles -> Реферат о некоторых вопросах надзора в области недропользования
olderfiles -> Общественное здоровье. Методика изучения общественного здоровья. Организация медико-социального исследования
olderfiles -> Курсовая работа Исскуство восточных единоборств
1   ...   16   17   18   19   20   21   22   23   ...   28