Научно-практической конференции

Главная страница
Контакты

    Главная страница


Научно-практической конференции



страница16/37
Дата08.04.2018
Размер4,84 Mb.


1   ...   12   13   14   15   16   17   18   19   ...   37

Т.М. Гавристова*




Феминизм с маленькой буквы «ф»

(об ангажированности «женской» литературы «африканского зарубежья»)


«Африканское зарубежье» существует на протяжении многих веков. Оно рассеяно по странам и континентам. Миллионы африканцев проживают за пределами Африки. В Лондоне, Париже, Нью-Йорке сформировались крупнейшие «очаги» африканского «присутствия», на рубеже XX–XXI веков в среде африканской диаспоры возник средний класс.

Лондон вполне можно назвать литературной «столицей» «африканского зарубежья». Здесь обрело славу немало писателей, вынужденно и по доброй воле покинувших Африку. Среди них первый африканский лауреат Нобелевской премии Воле Шойинка, обладатель не менее престижной в писательских кругах Букеровской премии и номинант Нобелевской премии Бен Окри. В течение десятилетий их имена входят в число наиболее «читаемых» авторов Великобритании, также как и имя Бучи Эмечеты, – единственной женщины в ряду литературных знаменитостей африканского происхождения. Она родилась в Нигерии в 1941 году, в 1962 году приехала в Лондон к мужу – студенту. Семья распалась, и молодая женщина осталась одна, в чужой стране, с пятью детьми на руках, вдали от родных и друзей. Она сумела удержаться «на плаву» (именно под таким названием позднее была опубликована ее автобиография1), получила образование и достигла успеха, став образцом для подражания – кумиром многих женщин.

Писатель, издатель, драматург Б. Эмечета достигла успеха во многом вопреки тому, что она женщина. Ей многократно приходилось сталкиваться с проявлениями мужского и расового шовинизма. Кем только она ни была в своей лондонской жизни: библиотекарем, корреспондентом, социальным работником, домашней хозяйкой. По ее словам, в молодости у нее не было даже приличной юбки, чтобы пойти на встречу с издателем. Работать приходилось урывками. Ранним утром по выходным, до того, как просыпались дети, она выкраивала по четыре часа, чтобы писать. Свой триумф Б. Эмечета, с ее репутацией "трудоголика", "борца", "чемпиона по выживанию", рассматривает не иначе “как чудо”1.

Б. Эмечета всегда отчетливо сознавала тот факт, что она женщина. Ей казалось, что нельзя жить в мире без мужчин (“без секса”2), что женщина непременно должна реализовать себя, и не только как жена, но и как дочь, мать, сестра, подруга. Проблема идентичности занимала ее как женщину и писателя. Между тем для нее самой отнюдь не гендерные проблемы, а творчество определяло смысл жизни. Немаловажным было и стремление преуспеть.

Работу она считала спасением. Для нее это был сознательный выбор. Б. Эмечета пришла в профессию через «ситуацию “переходного периода”»3: мать-одиночка, иммигрантка без средств к существованию, постоянно живущая в Великобритании европейски образованная женщина-африканка, сумевшая адаптироваться в обществе белых. Познавая себя, она познавала мир и никогда не задумывалась о возвращении в Нигерию. За работой, за письменным столом она ощущала себя дома.

Все произведения Б. Эмечеты автобиографичны. Их названия: "Гражданин второго сорта"4, "Радости материнства"5, "На плаву" свидетельствуют об эволюции ее представлений об идентичности. В одной из недавних повестей "Новое племя"6 ее главные герои (бело-черная семья, - чета англичан, усыновившая нигерийского ребенка), пытаясь преодолеть возникший в их отношениях кризис, отправляются в Нигерию, где вместо музея, который они надеялись посетить, чтобы обратиться "к корням", находят только разбитую дорогу, неведомо куда ведущую. С точки зрения Б. Эмечеты дом там, где семья и работа, и цвет кожи здесь совсем непричем.

Б. Эмечету занимали проблемы взаимодействия культур, история Африки, Нигерии и африканской диаспоры. В отличие от Т. Моррисон, писательницы афро-американского происхождения, удостоенной в 1993 году Нобелевской премии, с которой их часто сравнивают, Б. Эмечета в своих произведениях выступает как психолог (то в стиле Ч. Диккенса и Ф. Достоевского, то в стиле Д. Остин), используя разнообразные методы анализа, и, прежде всего, инверсию. Для нее перемещение в прошлое (в Африку, в Нигерию) является одним из способов познания современной действительности. Она всегда использовала свой африканский опыт, и, в отличие от многих других авторов, ей удалось соединить традиции народа игбо, к которому она принадлежала, с личной историей, что в сочетании с некоторой назидательностью, присущей ее повествованиям, придает ее романам своеобразную материнскую интонацию сказительницы, рассказчицы. Своим любимым жанром Б. Эмечета считает балладу. Она наставляет, поучает, воспитывает (весьма ненавязчиво), как мать или бабушка, и искренне верит в то, что "мать своими руками создает будущее дочери"1, тогда как свободы женщина добивается сама.

Африканская литературная критика упрекала писательницу в феминизме (в Африке он не в почете), мотивируя свою позицию тем, что женщины, свободные, успешные, самодостаточные, независимые от мужчин, являются главными героями ее произведений. В ответ в одном из интервью Б. Эмечета отмечала: “Я пишу о маленьких событиях повседневной жизни. Я слежу за происходящим и вижу все глазами африканской женщины. Я наблюдаю за жизнью женщин, которых знаю. Правда, я не знала, что за это меня назовут "африканской феминисткой". Если я феминистка, то только с маленькой буквы "ф"”2.

Б. Эмечета восхищается сильными женщинами, например, такими, как Дебби (персонаж ее книги «Назначение Биафры»), способными взять в руки оружие во имя любви к Отечеству, чтобы защитить себя и близких. Однако сама она совсем на них непохожа. Ее образ, созданный в средствах массовой информации, далек от образа женщины – воительницы. Она - матрона, элегантная дама (с хорошими манерами и красивым голосом), достигшая успеха, профессионал, знающий себе цену, мать, сделавшая все для своих детей.

Б. Эмечету, как и других писателей "африканского зарубежья", обвиняли в утрате идентичности, в «потере лица», в том, что в своих романах она слишком далеко ушла от африканских проблем. Между тем сама она рассматривала свои произведения как составляющую африканской литературы.

Ее произведения переведены на немецкий, испанский, португальский, итальянский языки. Их читают в Великобритании и Австралии. В США они менее популярны. Там предпочитают развлекательную литературу: детективы, женские романы, комиксы. У африканцев и афро-американцев, которых нередко рассматривают как потенциальных читателей африканских романов, «разный опыт и разные интерпретации этого опыта»1. Произведения Б. Эмечеты излишне сложны для их восприятия. В них она использует не только язык эмоций, типичный для африканских писателей, но и апеллирует к разуму, заставляя читателей, независимо от пола и возраста, понять, что женщина, оставаясь женщиной, даже если она африканка, может работать и преуспеть.

В Африке, в том числе и в Нигерии, ее книги читают преимущественно представители средних городских слоев, студенты, молодежь. Следует иметь в виду, что у основной массы женщин в Африке нет ни потребностей, ни времени для подобного чтения, кроме того, у них нет денег для покупки книг, а многие и вообще неграмотны. Однако сама Бучи для многих женщин является едва ли не героиней (она не ставит себе это в заслугу, по ее мнению, «люди сами создают своих мессий»2). Ее имя хорошо известно, главным образом, благодаря радиопостановкам, созданным по мотивам ее произведений (большинство африканцев вплоть до настоящего времени обо всех новостях узнают по радио, единственному доступному им средству массовой информации).

В литературной среде Лондона к Б. Эмечете относятся уважительно. Ее творчество востребовано не только в среде диаспоры. Круг ее почитателей широк. Она нашла себя и своего читателя, обрела славу, успех и деньги, выбравшись «из канавы»3, став обладательницей одного из фешенебельных особняков, с элегантной мебелью на севере Лондона, в хорошем районе потому, что трудилась, не покладая рук. Она не рефлектировала, не впадала в уныние оттого, что она африканка и женщина. Свою «инакость» (непохожесть на других) она рассматривала как норму и даже как преимущество, дающее возможность видеть, слышать и замечать то, что недоступно мужчинам и носителям одной культуры.


1   ...   12   13   14   15   16   17   18   19   ...   37