Материалистическое понимание истории в философии К. Маркса содержани е

Главная страница
Контакты

    Главная страница


Материалистическое понимание истории в философии К. Маркса содержани е

Скачать 193,77 Kb.


Дата26.11.2017
Размер193,77 Kb.

Скачать 193,77 Kb.




Материалистическое понимание истории в философии К. Маркса

С О Д Е Р Ж А Н И Е


Введение 2

Материалистическое понимание истории в философии К.Маркса 3

Заключение 16

Список источников: 17




Введение


Материалистические понимание (концепция) истории – это взгляд на историю, разработанный К.Марксом, согласно которому «материальные», или экономические, факторы играли главную роль в определении исторических перемен.

Философский материализм Маркс считал основой своего научного мировоззрения. Этот материализм был прежде всего реакцией на идеализм Гегеля и младогегельянцев, стремлением противопоставить ему объяснение мира «реальными», «практическими», «материальными» основаниями.

Материалистическое понимание истории впервые в систематической форме изложено в написанной совместно с Энгельсом работе «Немецкая идеология». Социальная философия Маркса получила выражение в предисловии к «Критике политической экономии», в «Манифесте Коммунистической партии», «Нищете философии», «Капитале», а также в работах Энгельса «Анти-Дюринг», «Людвиг Фейербах и конец классической немецкой философии», «Происхождение семьи, частной собственности и государства» и других произведениях.

Согласно социальной философии марксизма, «не сознание людей определяет их бытие, а, напротив, их общественное бытие определяет их сознание». Основой общественной жизни является способ производства, представляющий собой единство производительных сил и производственных отношений. Он обусловливает сферы политики, права, морали, философии, религии и искусства, которые, в свою очередь, оказывают активное обратное воздействие на общественное бытие.

Рассмотрим в данной работе материалистическое понимание истории в философии Карла Маркса.

Работа состоит из введения, основной части, заключения и списка использованных источников.

Материалистическое понимание истории в философии К.Маркса

Карл Маркс – мыслитель, немецкий экономист, философ и политический мыслитель, создатель. Он, в числе прочих достижений, разработал принципы материалистического понимания истории (исторический материализм).

Главным фундаментальным трудом К.Маркса, в котором материалистическое понимание истории получило всестороннее развитие, является четырехтомный «Капитал» (1843-1883 гг.). А впервые материалистическое понимание истории, как целостной конструкции, было разработано в совместной работе К.Маркса и Ф.Энгельса «Немецкая идеология» (1846 г.).

Марксистское материалистическое понимание истории исходит из положения, что способ производства, а вслед за ним обмен его продуктов составляют основу всякого общественного строя.

Материалистическое понимание истории предполагает рассмотрение общества как социального организма, как единой социальной системы, источник развития и формирования которой заключается прежде всего в ней самой, а не находится вовне.

Теория общества, основанием которой является материалистическое понимание истории, признает действие многих факторов. Производственные отношения – это базис, но на ход исторического развития воздействуют политические формы классовой борьбы и ее результата – государственный строй и т.п., правовые формы, политические, юридические, философские теории, религиозные воззрения (надстройка).

Обосновывая материалистическое понимание истории, К.Маркс и Ф.Энгельс подчеркивали основной принцип, а именно, что развитие исторического процесса обусловлено способом производства материальных благ и, прежде всего, производительными силами; что с их изменением меняется способ производства, а вместе со способом производства – все экономические отношения, а затем и вся надстройка общества.

Анализ производственных отношений дал им возможность подметить повторяемость явлений общественной жизни; объединить явления и процессы, происходящие в разных странах, понятием общественной формации.

С созданием теории общественных формаций, разработанной Марксом, появилась возможность рассматривать каждую стадию общественного развития в ее реальной целостности как особый социальный организм. Общественная формация – основа того общественного бытия, которое, с одной стороны, определяет сознание, характер содержания социальной деятельности людей, а с другой, - сама является ее результатом. Переход от одной общественной формации к другой объясняется теорией конфликта, высшим проявлением которого является классовая борьба и социальная революция.

Социальный детерминизм Маркса – это одна из теорий, объясняющих процессы взаимодействия общества и личности. Она противостоит рассуждениям об обществе и личности вообще. Так, «пороки» общества детерминируются не «испорченностью» человеческой природы, а самим обществом.

Признание объективной неизбежности исторического процесса перехода общества от одного качественного состояния к другому не означает отрицания сознательной деятельности, участия людей в ломке старых и создании новых общественных отношений. Напротив, научное понимание объективных закономерностей развития и функционирования общества создает предпосылки для действительно созидательной, целеустремленной деятельности человека.

Масштабом измерения человека у Маркса является не Дух и не Природа. В противоположность этим заранее заданным внешним масштабам, у Маркса речь идет о предметно-преобразующей деятельности самих людей, в ходе которой они изменяют и мир, и самих себя. Процесс изменения людьми мира и процесс изменения самих людей есть исторический процесс. Поэтому люди – продукты истории, а не Бога и не Природы. Таково основное положение того воззрения, которое сам Маркс называл материалистическим пониманием истории.

«Мои исследования, - писал Маркс, - привели меня к тому результату, что правовые отношения, так же точно, как и формы государства, не могут быть поняты ни из самих себя, ни из так называемого общего развития человеческого духа, что, наоборот, они коренятся в материальных жизненных отношениях, совокупность которых Гегель, по примеру англичан и французов XVIII века, называет «гражданским обществом», и что анатомию гражданского общества следует искать в политической экономии»1.

Если еще более кратко сформулировать суть материалистического понимания истории, то она состоит в том, что Маркс нашел «в истории развития труда ключ к пониманию всей истории общества»2. У Гегеля труд – это только «средний термин» умозаключения от одной идеи к другой, а Маркс делает труд главным аргументом исторического развития.

Уже в ходе критики гегелевской философии права Маркс приходит к тому, что не «гражданское общество» является производным от «политического государства», а наоборот – «политическое государство» есть отражение и выражение отношений людей в «гражданском обществе», то есть материальных отношений, в противоположность политико-идеологическим отношениям. В этом положении уже содержится материалистическое понимание истории. Правда, выражаясь языком классической диалектики, оно здесь представлено в его особенной форме. А задача заключалась в том, чтобы выразить это понимание во всеобщей форме.

Обычно изложение материалистического понимания истории Маркса начинают с хрестоматийно-классической формулировки, которую Маркс дал в Предисловии к своей работе «К критике политической экономии» в 1857 году. «В общественном производстве своей жизни, - писал в этом Предисловии Маркс, - люди вступают в определенные, необходимые, от их воли не зависящие отношения – производственные отношения, которые соответствуют определенной ступени развития их материальных производительных сил. Совокупность этих производственных отношений составляет экономическую структуру общества, реальный базис, на котором возвышается юридическая и политическая надстройка и которому соответствуют определенные формы общественного сознания. Способ производства материальной жизни обусловливает социальный, политический и духовный процессы жизни вообще. Не сознание людей определяет их бытие, а, наоборот, их общественное бытие определяет их сознание»3.

При этом обычно не обращают внимания на то, что в том же самом Предисловии Маркс пишет следующее: «Общее введение, которое я было набросал, я опускаю, так как по более основательном размышлении решил, что всякое предвосхищение выводов, которые еще только должны быть доказаны, может помешать, а читатель, который вообще захочет следовать за мной, должен решиться восходить от частного к общему».

Иначе говоря, Маркс опасается, что то, что было добыто индуктивным путем, может быть воспринято и понято как априорная схема. И дело не в том, что неверна мысль, согласно которой материальные отношения в гражданском обществе определяют все другие. Ведь если взять гражданское общество, как оно зарождается в средневековых европейских городах, то там оно еще никакого влияния на феодальное государство не оказывало, а находилось под его давлением и угрозой.

И только в результате буржуазных революций возникли государства, которые стали исполнять роль «ночного сторожа» при гражданском обществе. Сформировавшееся гражданское общество стало действительно определять перспективу европейского политического развития, и, тем не менее, без конкретного исторического рассмотрения здесь обойтись невозможно.

Материалистическое понимание истории, как постоянно подчеркивает Маркс, не является философией истории, которая дает раз и навсегда верную схему исторического развития человечества, а это только метод для конкретного исторического исследования, в результате которого этот метод каждый раз подтверждает и конкретизирует себя. Поэтому и сама формулировка этого метода у Маркса меняется по мере его развития, по мере развития самих взглядов Маркса, которые с определенного момента, по большому счету, не менялись в том смысле, что сегодня он гегельянец, а завтра фейербахианец. Вернее будет сказать, что позиция Маркса именно конкретизировалась.

Уже в «Критике гегелевской философии права» начинается это самое «переворачивание» Гегеля, о котором много говорили и спорили марксисты в XX веке. Причем это «переворачивание» происходит в рамках понимания истории как развития общества. При этом понятно, что если общественное материальное бытие первично, то первична и природа, которая является необходимым условием материального общественного бытия. В совместной работе Маркса и Энгельса «Святое семейство» это материалистическое понимание принимает уже форму такой критики гегельянства, согласно которой не идея определяет историю, а наоборот, она есть лишь выражение реальной исторической практической потребности. Наконец, в «Немецкой идеологии», которая, как и «Святое семейство», была написана Марксом уже вместе с Энгельсом, материалистическое понимание истории находит свою наиболее общую и окончательную формулировку: не общественное сознание определяет общественное бытие, а наоборот – общественное бытие определяет общественное сознание.

По словам Энгельса, материалистическое понимание истории было выработано Марксом в своих основных чертах к весне 1845 года, когда они встретились в Брюсселе. Тогда же они принялись за детальную разработку вновь открытых взглядов в самых различных направлениях. «Это намерение, - писал Энгельс, - было выполнено в форме критики послегегелевской философии. Рукопись в виде двух толстых томов давно уже прибыла для издания в Вестфалию, когда мы получили известие, что изменившиеся обстоятельства делают ее издание невозможным. Мы тем охотнее предоставили рукопись грызущей критике мышей, что достигли своей главной цели – выяснения дела самим себе»4.

Текст первой главы этой работы, - «Фейербах. Противоположность материалистического и идеалистического воззрений», - является лучшим пособием для понимания сути того, что Маркс и Энгельс назвали материалистическим пониманием истории. Но работа «Немецкая идеология» осталась в рукописи и была опубликована только в 20-е годы XX века. Однако и после опубликования этой работы ее относили к так называемым «ранним», а значит «незрелым» произведениям Маркса и Энгельса, и потому для изучения марксизма она чаще всего не рекомендовалась.

Материалистическое понимание истории, как считали Маркс и Энгельс, ликвидирует последние остатки чисто философского понимания общественной жизни. «Философским» Маркс и Энгельс называют такое понимание общества, когда оно объясняется не из него самого, а из некоторой выдуманной, взятой не из действительности, а из головы идеи. Такими философскими конструктами, по их мнению, являются Абсолютная идея Гегеля и фейербаховская антропологическая Природа. Подобное превратное представление Маркс и Энгельс назвали идеологией. Соответственно, вся идеалистическая философия, согласно Марксу и Энгельсу, является идеологией.

Материалистическое понимание истории, напротив, должно исходить из фактов. «Предпосылки, с которых мы начинаем, - пишут они в «Немецкой идеологии», - не произвольны, они – не догмы; это – действительные предпосылки, от которых можно отвлечься только в воображении. Это – действительные индивиды, их деятельность и материальные условия их жизни, как те, которые они находят уже готовыми, так и те, которые созданы их собственной деятельностью. Таким образом, предпосылки эти можно установить чисто эмпирическим путем»5. Именно поэтому Маркс и Энгельс отказываются от названия «философия» для своего мировоззрения, а называют его наукой – историической наукой. И в этом смысле не случайна их оговорка в одном из предварительных вариантов текста «Немецкой идеологии»: «Мы знаем только одну единственную науку, науку истории».

Материалистическое понимание истории не заменяет действительную историю, как это делает философия истории, а дает только метод для понимания последней. «Изображение действительности, - пишут Маркс и Энгельс, - лишает самостоятельную философию ее жизненной среды. В лучшем случае ее может заменить сведение воедино наиболее общих результатов, абстрагируемых из рассмотрения исторического развития людей. Абстракции эти сами по себе, в отрыве от реальной истории, не имеют ровно никакой ценности. Они могут пригодиться лишь для того, чтобы облегчить упорядочение исторического материала, наметить последовательность отдельных его слоев».

Иначе говоря, материалистическое понимание истории может проявить себя только в исторической науке. Поэтому его и невозможно выразить в виде законченной философской системы, поскольку в противном случае должна закончиться история. И гегелевская философия истории оказалась законченной именно потому, что у Гегеля заканчивается сама история, и заканчивается она королевско-прусской монархией.

Согласно материалистическому пониманию истории, люди сами делают свою историю. Но делают ее при тех обстоятельствах, которые они застают готовыми и которые поэтому не зависят от них самих. В этом состоит историческая необходимость, с которой люди вынуждены считаться. Такая необходимость, хотя она и задана каждому отдельному поколению людей, ни в коем случае не предзадана истории, а принадлежит последней. Она есть внутренний или, как принято выражаться в философии, имманентный момент самой истории.

Реальной основой исторического процесса являются производительные силы общества. Они и связывают между собой не только представителей одного поколения, но и людей разных поколений. «Та сумма производительных сил, - писали Маркс и Энгельс, - капиталов и социальных форм общения, которую каждый индивид и каждое поколение застают как нечто данное, есть реальная основа того, что философы представляли себе в виде «субстанции» и в виде «сущности человека», что они обожествляли и с чем боролись...»6.

Но чтобы просто жить, люди вынуждены приводить в действие те производительные силы, которые они получили от предшествующих поколений. В этом и состоит практическое выражение исторической необходимости. Благодаря своей деятельности, и в этом ее специфика, люди могут менять и меняют обстоятельства, как заданные природой, так и созданные деятельностью самих людей – свои общественные обстоятельства. И в этом смысле они свободны. Но свободны они не потому, что делают то, что хотят делать, а потому, что они хотят делать и делают то, что можно сделать при данных условиях. И в этом отношении свободу надо отличать от произвола, с которым ее часто путают. «Обстоятельства в такой же мере творят людей, в какой люди творят обстоятельства».

Следует подчеркнуть, что люди становятся свободными в той мере, в какой они практически овладевают обстоятельствами. Поэтому прогресс в овладении обстоятельствами есть прогресс нашей свободы. В этом смысле свобода есть явление сугубо историческое, а не антропологическое, как ее будет толковать философская антропология XX века.

Таким образом, согласно Марксу и Энгельсу, свобода и необходимость – это связанные между собой моменты исторического процесса, самой деятельности людей. И, согласно этому пониманию, человек ни в коем случае не есть пассивный продукт обстоятельств, как считали французские материалисты. Ведь обстоятельства меняются самими людьми. «Материалистическое учение о том, - писал Маркс, - что люди суть продукты обстоятельств и воспитания, что, следовательно, изменившиеся люди суть продукты иных обстоятельств и измененного воспитания, - это учение забывает, что обстоятельства изменяются именно людьми и что воспитатель сам должен быть воспитан...»7.

Но материалистическое понимание истории Маркса следует отличать и от того, что позже получило название технологического детерминизма. Дело в том, что, по Марксу, уровень человеческой свободы и, соответственно, необходимости определяется не только уровнем развития техники производства. Он определяется и уровнем развития общества, а именно той формой общественных отношений, прежде всего производственных отношений, в которые люди вынуждены вступать, чтобы привести в действие соответствующие производительные силы. Но здесь нет прямого соответствия, а может наблюдаться соотношение обратное: более высокий уровень производительных сил может стать условием человеческой несвободы. Иначе говоря, человек может оказаться заложником технического прогресса и чувствовать себя более свободным с лопатой на своем собственном огороде, а не с самым современным компьютером, если ему приходится работать на нем ради осуществления чуждых и непонятных ему целей.

Таким образом, исторический процесс, по Марксу, и свободный, и необходимый одновременно. Такое соединение противоположностей достигается только за счет того, что историческая необходимость создается людьми, преследующими свои собственные цели, и в этом смысле действующими самостоятельно, а значит свободно. Но это только относительная свобода, и ее относительность проявляется в том, что, действуя по собственному разумению, люди чаще всего не ведают, что творят. А потому и результат получается такой, какого они не предвидели и не желали. И только тогда, когда люди, по Марксу, овладеют своими общественными обстоятельствами, они смогут поступать со знанием сути дела, а значит действительно свободно.

Понимание исторической необходимости Марксом, что очень важно и что отличает материалистическое понимание истории от всех форм философии истории, в том числе и гегелевской, состоит в том, что эта необходимость не предзадана истории, а она всегда находится в процессе своего становления. Поэтому история всегда в определенном отношении импровизация. Именно по этой причине ее невозможно предугадать на длительный период и, тем более, в деталях: необходимость, которая обнаружится послезавтра, возникнет только завтра. Такое понимание истории не имеет ничего общего с тем, что трактовалось позднейшим «истматом» как железная поступь следующих друг за другом «общественно-экономических формаций»: первобытный коммунизм, рабство, феодализм, капитализм, коммунизм. И если в европейской истории произошло именно так, что Европа пришла к капитализму через феодализм, а тот образовался на развалинах рабовладельческой Римской империи, то это очерк фактической европейской истории, в которой обнаруживается именно такая необходимая последовательность. И такая необходимость может быть обнаружена только задним числом.

Понятие общественно-экономической формации в материалистическом понимании истории действительно имеет важное значение. Но это значение опять-таки методологическое. Отдельные исторические формы общества, по Марксу, представляют собой органические целостности. Именно такое понятие, заимствованное из немецкой классической философии, Маркс применяет к обществу. И оно означает, что общество само создает предпосылки своего собственного существования. Именно в этой последовательности и должен разворачиваться анализ данного конкретного общества. Если, допустим, предпосылкой возникновения и существования рабовладельческого общества является рабство, которое потом этим обществом постоянно воспроизводится, то с этого и надо начинать его историю. И ничего другого понятие общественно-экономической формации у Маркса не означает.

Особое внимание в «Немецкой идеологии» авторы уделяют разделению труда. Дело в том, что разделение труда есть только у людей. Животные не могут поделить свою деятельность, потому что она их видовая деятельность, неотделимая от телесной организации. А у людей разделение труда есть его общественное разделение. И оно создает необходимость общения людей, которое как раз и образует постоянную общественную связь, соответствующую определенной форме разделения труда и меняющуюся в зависимости от характера этого разделения.

Философия марксизма уже не является философией в традиционном метафизическом смысле, то есть учением о «мире в целом», «системой мира» и тому подобным. Это именно метод, который не может заменить действительного познания природы и истории. Поэтому «философии» Маркс противопоставляет науку. Из вышесказанного также ясно, что материалистическое понимание истории – это не часть философии К.Маркса, а это вся его философия, поскольку материалистическое понимание истории предполагает и включает в себя материалистическое понимание природы, или то, что можно назвать философским материализмом вообще. Последний снимается в материалистическом понимании истории. Ведь материалистическое понимание истории кладет в основу истории материальное производство. Но как может осуществляться это материальное производство вне материальной природы и помимо нее? Таким образом, материалистическое понимание истории не отделяет историю от природы, а соединяет то и другое.

«Промышленность, - писал Маркс, - является действительным историческим отношением природы, а следовательно, и естествознания к человеку. Поэтому если ее рассматривать как экзотерическое раскрытие человеческих сущностных сил, то понятна станет и человеческая сущность природы, или природная сущность человека; в результате этого естествознание утратит свое абстрактно материальное или, вернее, идеалистическое направление и станет основой человеческой науки, подобно тому как оно уже теперь – хотя и в отчужденной форме – стало основой действительно человеческой жизни, а принимать одну основу для жизни, другую для науки - это значит с самого начала допускать ложь»8.

Из этого следует, что единство природы и человека нужно искать не в природе самой по себе, а в переработке природы человеком, то есть в промышленности, в труде. Поэтому понимание сущности труда дает ключ и к пониманию человека, и к пониманию природы. Ведь труд, по Марксу, состоит в том, что человек использует механические, физические, химические и биологические свойства природы в качестве проводника воздействия на природу, то есть человек, как это понимал уже Гегель, в своем труде применяет «хитрость», поскольку направляет природу против нее самой. Поэтому первичные понятия о природе человек добывает непосредственно в труде. Они-то и образуют основу естествознания.

Но если единство природы и человека заключается именно в промышленности, то это историческое единство. «...Пресловутое "единство человека с природой», - пишет Маркс, возражая младогегельянцам, - всегда имело место в промышленности, видоизменяясь в каждую эпоху в зависимости от большего или меньшего развития промышленности, точно так же, как «борьба» человека с природой имела место до развития его производительных сил на соответствующем базисе»9.

Материалистическое понимание истории, таким образом, это не только метод понимания истории, но и метод понимания природы. Это одна философия и один метод. Если по Марксу, развитие промышленности является раскрытой книгой человеческой психологии, то эта же «книга» является раскрытой книгой естествознания – науки о природе.

Помимо теории прибавочной стоимости и материалистического понимания истории, к открытиям Маркса, как уже говорилось, относят метод материалистической диалектики. Но если материалистическое понимание истории тоже есть метод, то как он соотносится с методом материалистической диалектики?

«Маркс и я, - писал Энгельс в предисловии к своему «Анти-Дюрингу», - были едва ли не единственными людьми, которые спасли из немецкой идеалистической философии сознательную диалектику и перевели ее в материалистическое понимание природы и истории»10. Из этого ясно, что понимание диалектики Марксом и Энгельсом лежит в русле той традиции, которая связана с именами Платона и Гегеля. А в ней диалектика понимается как высшая форма мышления, соответствующая сути дела. И в качестве таковой она очень основательно была разработана Гегелем в его «Науке логики». Что касается Маркса и Энгельса, то они занялись материалистической переработкой и переосмыслением, а другими словами – материалистическим переворачиванием гегелевской диалектики. Но что это означает конкретно?

Прежде всего, это означает соединение диалектики с материалистическим пониманием истории, о котором уже шла речь. Именно эта конкретная форма материализма позволила сохранить лучшие достижения прошлого идеализма: идеализм не отброшен Марксом и Энгельсом, а он снят ими. Суть диалектического метода в том, как понимают его Маркс и Энгельс, чтобы следовать собственной логике предмета. И там, где мы следуем собственной логике истории, мы оказываемся в области не эмпирически, а теоретически развитой науки истории. А там, где мы следуем собственной логике природы, мы находимся в области теоретического естествознания. И задача философа в данном случае не подменять, а помогать действиям ученых. Ведь его, философа, сила не в особого рода знаниях, а во владении диалектическим методом, отшлифованным собственным развитием философии.

Маркс оставил пример диалектической логики «в действии» в многотомном исследовании рыночной экономики – «Капитале». Именно в этой работе материалистическая диалектика предстает перед нами в виде метода восхождения от абстрактного к конкретному.



Заключение


Согласно материалистическому пониманию истории Маркса, люди сами делают свою историю. Но делают ее при тех обстоятельствах, которые они застают готовыми и которые поэтому не зависят от них самих. В этом состоит историческая необходимость, с которой люди вынуждены считаться. Такая необходимость, хотя она и задана каждому отдельному поколению людей, ни в коем случае не предзадана истории, а принадлежит последней. Она есть внутренний или имманентный момент самой истории.

Реальной основой исторического процесса являются производительные силы общества. Они и связывают между собой не только представителей одного поколения, но и людей разных поколений.

Чтобы просто жить, люди вынуждены приводить в действие те производительные силы, которые они получили от предшествующих поколений. В этом и состоит практическое выражение исторической необходимости. Благодаря своей деятельности, и в этом ее специфика, люди могут менять и меняют обстоятельства, как заданные природой, так и созданные деятельностью самих людей – свои общественные обстоятельства. И в этом смысле они свободны. Но свободны они не потому, что делают то, что хотят делать, а потому, что они хотят делать и делают то, что можно сделать при данных условиях.

Материалистическое понимание истории не заменяет действительную историю, как это делает философия истории, а дает только метод для понимания последней.

Согласно Марксу, свобода и необходимость – это связанные между собой моменты исторического процесса, самой деятельности людей. И, согласно этому пониманию, человек ни в коем случае не есть пассивный продукт обстоятельств, как считали французские материалисты. Ведь обстоятельства меняются самими людьми.



Список источников:

1. Исторический материализм как социально-философская теория/Под ред. В.И.Разина. – М.: Высшая школа, 1982.


2. История философии: Энциклопедия. – Мн.: Интерпрессервис; Книжный Дом. 2002.
3. Категории исторического материализма/Под ред. Н.И.Дряхлова, В.И.Разина. – М.: Мысль, 1980.
4. Мареев С.Н., Мареева Е.В. История философии. – М.: Академпроект, 2003.
5. Маркс К., Энгельс Ф. Избранные произведения. Тома 1, 3, 4, 13, 20, 21, 42.
6. Пухликов В.К. История философии. Курс лекций. Ч.II. Постклассическая философия. – М.: 2001.
7. Семенов Ю.И. Философия истории (Общая теория, основные проблемы, идеи и концепции от древности до наших дней). – М.: «Современные тетради», 2003.


1 Маркс К., Энгельс Ф. Избранные произведения. Т.1. – М.: 1952. – С.321.

2 Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Т.21. – С.317.

3 Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Т.13. – С.6-7.

4 Маркс К, Энгельс Ф. Соч. Т.21. – С.330.

5 Маркс К., Энгельс Ф. Т.21. – С.16.

6 Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Т.3. – С.37.

7 Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Т.3. – С.2.

8 Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Т.42. – С.124.

9 Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Т.4. – С.34.

10 Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Т.20. – С.10.

  • Введение
  • Материалистическое понимание истории в философии К.Маркса
  • Заключение
  • Список источников